«Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами» Виктора Пелевина, краткое содержание

«Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами» — роман Виктора Пелевина, опубликованный в сентябре 2016 года издательством «Эксмо». Книга состоит из четырёх самостоятельных, но связанных повестей, действие которых разворачивается в разные эпохи — от конца XIX века до современности. Три поколения семьи Можайских раз за разом оказываются вовлечены в противостояние спецслужб и масонских лож, а за этим противостоянием маячат силы ещё более крупные и безликие. На обложке значится жанровое определение: «большой полифонический нарратив».

Часть первая: Кримпай Можайский и золотой жук

Повествование открывается от лица Кримпая Можайского — финансового трейдера, специализирующегося на золоте. Своё необычное имя он унаследовал через отца-хиппи, умершего, когда сыну был год, и с детства вынужден объяснять окружающим его происхождение. Единственный живой образ семейного прошлого для него — старая дореволюционная фотокарточка: прапрадед Маркиан Можайский в игрушечной золотой короне, молодая красавица рядом и младенец Мафусаил на руках. Маркиан, по семейной легенде, нашёл клад и жил с семьёй в Баден-Бадене.

Профессиональная судьба Кримпая была определена ещё в детстве, когда в дачное окно к нему влетел бронзовый жук необычного золотистого цвета и ударил его в лоб. Тётка дала ему читать Эдгара По — «Золотой Жук», — и рассказ произвёл на мальчика неизгладимое впечатление. Став взрослым, Кримпай сделал татуировку огромного золотого жука на спине с подписью «XAUBUG» и превратился в классического «gold bug» — инвестора, верящего только в золото и торгующего им для крупных клиентов.

Однако в начале 2010-х годов золото, добравшись до 1900 долларов за унцию, резко обвалилось. Кримпай не успел выйти из позиции вовремя и потерял огромную сумму чужих денег — средств генерала ФСБ Капустина, вложенных через посредников. Вскоре партнёра по бизнесу сожгли в лесу. В ожидании неминуемой расправы Кримпай впал в депрессию, продал всё своё золото и попытался покончить с жизнью, купив у дилера по имени Сер набор смертоносных препаратов.

В посмертном видении он оказывается в кристальной черноте, похожей на огромный алмаз, где узелки света складываются в чужие судьбы, а из тьмы за ним следует жуткий преследователь — существо с огромной головой из клубка щупалец. В момент отчаяния Кримпай мысленно обращается к Золотому Жуку — и тот откликается золотым сиянием, обращая преследователя в бегство. Жук сообщает, что способен изменить «каркас» — судьбу — Кримпая. После согласия героя рекламная заставка кабельного телевидения буквально выволакивает его обратно в жизнь. Он приходит в себя в частной клинике — кто-то вызвал «скорую».

Выяснилось, что партнёра убили по совсем другому делу — таджикские деньги. Самого Кримпая только «символически» избили и вынудили продать квартиру. Генерал Капустин, если он и пострадал, никак не проявился. Кримпай перебрался в панельную девятиэтажку и стал финансовым аналитиком — писал обзоры на золото и валюты, одновременно для «цивилизационного» и «ватного» дискурсов, умело балансируя между противоположными нарративами. Именно в ходе этой работы он обнаружил, что Жук теперь «говорит» с ним через глубинные образные вспышки в сознании — указывает направление мыслей, а иногда и конкретные действия.

По наводке Жука Кримпай обращает внимание на молодого философа Семёна из «Фонда Эффективной Философии» — либерала с белёсыми волосами и философскими текстами о масонстве. Статьи Семёна Кримпай читает с нарастающим интересом.

Масонская тайна и лампа Мафусаила

Тексты Семёна вводят в книгу второй крупный пласт — историю масонства. Семён ссылается на загадочного исследователя по фамилии Голгофский, который якобы первым раскрыл «великую масонскую тайну»: так называемый «Храм Соломона» — не историческая постройка и не символ власти, а материальная конфигурация предметов, являющаяся своего рода порталом между земным и Божественным. Маркиз Сен-Ив д’Альвейдер, по слухам, случайно собрал такой «Храм» на своём рабочем столе из кусочков золота, серебра, свинца и пластинок слоновой кости с буквами «Алеф-Бет» — и был ослеплён ударом Божественного света, после чего сошёл с ума.

Масонская иерархия хранила это знание фрагментарно. Именно поиском утраченного чертёжа «Храма» и занимались, по Голгофскому, и тамплиеры, и масоны на протяжении столетий. Попытки ФСБ наладить контакт с мировым масонством в начале 2000-х годов завершились катастрофой: генерал Уркинс, направленный на переговоры в Лондон и принявший масонское посвящение, в ходе торжественного ритуала снял с глаз повязку раньше времени и вручил главе мирового масонства так называемую «лампу Мафусаила» — невзрачную конторскую лампу с эбонитовой подставкой и кожаным абажуром, испещрённым выцветшей символикой. В системе масонских знаков передача лампы старшим от младшего означала: вы утратили Свет, мы берём на себя миссию просвещения. Иерархи молча приняли «дар», поднялись и покинули зал, не сказав ни слова. Все контакты с ФСБ оказались разорваны, Уркинс уволен, и именно это событие Голгофский считает точкой, после которой Россия и Запад вошли в длинный период взаимного отчуждения.

Обложки

Пелевин Виктор Олегович
Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами

Части третья и четвёртая: другие поколения Можайских

Роман перебрасывает действие в другие эпохи и к другим членам семьи: один из Можайских оказывается в советском лагере («Храмлаг»), куда были сосланы масоны. Именно там впервые появляется физическая «лампа Мафусаила» как лагерный артефакт — предмет тюремного искусства с сокровенным смыслом. Наконец, в финальной части под названием «Подвиг Капустина» выясняется, что генерал Капустин — не просто жертва финансовых манипуляций, а фигура куда более значительная. Он выходит на прямой контакт с британскими масонами и узнаёт от них ответ на вопрос о судьбе России. Масоны говорят прямо: впереди война — большая и страшная, которая снова «зачистит бухгалтерские книги». Для масонов исход — новый Бреттон-Вудс. Для России — в лучшем случае новый День Победы.

Золотой жук как сквозной образ

На протяжении всего романа золотой скарабей остаётся главным связующим символом. Он появляется как жук-альбинос из детства Кримпая, как рассказ Эдгара По, как татуировка на спине, как голос в сознании трейдера и как мистический спаситель в посмертном видении. Через этот образ Пелевин сплавляет воедино финансовую сатиру, конспирологию, оккультную философию и разговор о природе сознания — не давая ни одной из этих линий перевесить другие.