Наум Габо:
русский скульптор-конструктивист читать ~5 мин.

Выдающийся деятель русского авангарда и абстрактный скульптор XX века, Наум Немия Певзнер, известный миру как Наум Габо, стал одной из центральных фигур конструктивизма. Он вошёл в историю искусства как пионер кинетизма и значимый представитель русской скульптурной школы.

Габо получил инженерное, а не классическое художественное образование, что определило его подход к формообразованию. Он одним из первых начал применять промышленные полупрозрачные материалы для создания абстрактных форм, где пустое пространство становилось таким же важным элементом композиции, как и материя. На протяжении творческого пути художник взаимодействовал с различными течениями, включая кубизм, футуризм, Баухаус, группу «Абстракция-креация» и Сент-айвскую школу. Значительная часть его наследия, включая скульптуры и графику, хранится в галерее Тейт в Лондоне, а образцы его новаторского творчества входят в собрания ведущих художественных музеев Европы и США.

К наиболее известным работам мастера относятся: Сконструированная голова № 2 (1916, Центр скульптуры Нэшера, Даллас), Голова женщины (1917–1920, MoMA, Нью-Йорк), Полупрозрачная вариация на сферическую тему (1937, Музей Гуггенхайма, Нью-Йорк). Особое место занимают монументальная Конструкция (1955–1957, универмаг De Bijenkorf, Роттердам), ранняя Кинетическая конструкция (Стоячая волна) (1919–1920, реплика 1985, Тейт) и поздняя Линейная конструкция № 2 (1970–1971, Тейт). Габо признан одним из влиятельных русских художников зарубежья и классиком скульптуры XX века.

К плеяде знаменитых скульпторов-эмигрантов из России также принадлежат кубисты Александр Архипенко (1887–1964) и Жак Липшиц (1891–1973), экспрессионист Осип Цадкин (1890–1967) и представительница искусства ассамбляжа Луиза Невельсон (урождённая Берлявская, 1899–1988).

Становление художника

Наум Певзнер родился в Брянске в 1890 году. Псевдоним «Габо» он взял позже, чтобы его не путали со старшим братом — художником Антуаном Певзнером. Их отец владел металлургическим производством и обеспечил сыновьям качественное образование. Наум владел несколькими иностранными языками, что впоследствии облегчило его интеграцию в европейскую культурную среду. В 1910 году он отправился в Мюнхен. Изначально Габо планировал изучать медицину, но вскоре перевёлся на естественно-научный факультет, а в 1912 году поступил в политехнический институт. Там он освоил инженерные навыки, ставшие базой для его будущих конструкций. В Мюнхене он посещал лекции по истории искусств и познакомился с Василием Кандинским, открывшим ему мир абстракции. Вектор интересов Габо сместился от инженерии к художественному творчеству.

Возвращение и формирование принципов

В 1913 году Габо приехал в Париж к брату Антуану, который уже имел вес в художественных кругах. Наум занялся изучением структуры формы, создавая свои первые пространственные объекты из картонных плоскостей. С началом Первой мировой войны он перебрался в нейтральную Норвегию. В Осло он продолжил эксперименты, используя нетипичные для искусства материалы: фанеру и оцинкованное железо. Примерами этого этапа служат Голова № 2 (1916) и Сконструированный торс (1917). В 1917 году братья вернулись в Россию. В Москве они включились в бурную художественную жизнь, дискутируя с Казимиром Малевичем и Владимиром Татлиным — лидерами русского авангарда.

В августе 1920 года Габо и Певзнер опубликовали «Реалистический манифест». Этот документ, изданный в форме плаката, провозглашал отказ от традиционных изобразительных средств ради новой эстетики «реального пространства и времени». Авторы отвергали цвет как поверхностный декор, линию как описательный элемент и, что самое важное, статический объём (массу) как единственное средство пластики. Габо утверждал, что глубину пространства можно передать не сплошной массой, а сквозными конструкциями. Манифест гласил: “Мы отвергаем тысячелетнее заблуждение искусства, согласно которому статические ритмы являются единственными элементами пластического и живописного творчества. Мы утверждаем, что в эти искусства должен войти новый элемент — кинетические ритмы, как основные формы наших ощущений реального времени”.

Практическим воплощением этих идей стала работа Габо Кинетическая конструкция (Стоячая волна) (1920). Она представляла собой металлический стержень, который приводился в движение электрическим мотором. Вибрация стержня создавала иллюзорный объём в пространстве, делая невидимое видимым. Этот эксперимент стал одним из первых примеров кинетической скульптуры в истории искусства.

О восприятии скульптуры
Для понимания контекста работ модернистов см.: Как воспринимать современную скульптуру. О классических формах см.: Как воспринимать скульптуру.

Берлинский период и Баухаус

В 1922 году Габо покинул Россию и обосновался в Берлине. Там он сблизился с представителями группы «Де Стейл» (неопластицизм), включая Тео ван Дусбурга и Пита Мондриана. В 1926 году он разработал сценографию для балета La Chatte в антрепризе Сергея Дягилева. Сотрудничество с «Русскими сезонами» поставило его в один ряд с такими мастерами, как Пикассо, Матисс и Миро. К концу 1920-х Габо читал лекции в школе Баухаус и участвовал в выставках вместе с Куртом Швиттерсом. В 1933 году приход нацистов к власти вынудил художника переехать в Париж.

Франция и Англия

В Париже (1933–1935) Габо вступил в группу «Абстракция-креация», объединившую художников-нефигуративистов, таких как Жан Арп и Франтишек Купка. В 1936 году он перебрался в Лондон, а затем в Сент-Айвс (Корнуолл), где прожил до конца войны. Здесь он тесно общался с критиком Гербертом Ридом, художником Беном Николсоном и скульптором Барбарой Хепуорт. Именно в Англии Габо начал широко применять плексиглас и ацетат целлюлозы. Прозрачность этих материалов позволяла ему «строить» пространство светом, создавая сложные геометрические структуры, такие как Спиральная тема (1941, Тейт).

В этот же период Габо разработал технику использования натянутых нейлоновых нитей для формирования поверхностей. Этот приём позволял создавать сложные криволинейные плоскости («линейчатые поверхности»), которые казались нематериальными. Примером служит Линейная конструкция в пространстве № 1 (1942). Эти работы демонстрировали математическую точность и визуальную лёгкость, став визитной карточкой зрелого стиля мастера.

Американский период

В 1946 году Габо эмигрировал в США. Он много работал над моделями монументальных проектов, стремясь объединить скульптуру и архитектуру. Одной из самых значимых реализованных работ стала 26-метровая скульптура для универмага De Bijenkorf в Роттердаме (1957). Эта конструкция, которую местные жители называют «Вещь» (Het Ding), состоит из четырёх скрученных стальных «рёбер», объединённых в вертикальную структуру, напоминающую формой ДНК или растительный стручок. С 1950-х годов Габо также занимался ксилографией, исследуя темы пространства и ритма в графике.

Всю жизнь Габо отстаивал идею синтеза искусства, науки и техники. В 1953–1954 годах он преподавал в Высшей школе дизайна Гарвардского университета. Наум Габо ушёл из жизни в 1977 году в Уотербери, штат Коннектикут.