Русская одежда и её связь с ремесленным искусством читать ~12 мин.

Производство одежды в русской традиции начиналось задолго до раскроя ткани, будучи неразрывно связанным с земледельческим календарём. Основными материалами для крестьянского текстиля служили лён и конопля, обработка которых требовала значительных физических усилий и занимала большую часть года. Лён выращивали преимущественно в северных и центральных губерниях, где климат способствовал формированию длинного и прочного волокна, тогда как конопля, дававшая более грубое посконное полотно, преобладала в южных регионах.

Цикл подготовки сырья включал многоступенчатую технологию, направленную на отделение лубяных волокон от древесной части стебля — костры. После сбора урожая стебли расстилали на лугах для «росяной мочки» или погружали в водоёмы на две-три недели. Под воздействием влаги и микроорганизмов пектиновые вещества, склеивающие волокна, разрушались, что позволяло перейти к механической обработке. Высушенные стебли подвергали мятью с помощью деревянных мялок, затем трепали, удаляя остатки костры, и чесали специальными гребнями и щётками.

Результатом этого процесса становилась кудель — чистое волокно, готовое к прядению. Качество кудели определяло назначение будущей ткани: из очёсов (коротких и спутанных волокон) получали грубую пряжу для мешков и хозяйственных нужд, тогда как длинное, «чёсаное» волокно шло на изготовление тонких полотен для рубах и праздничной одежды. Прядение, выполнявшееся в зимний период, представляло собой монотонный труд, в ходе которого пряха с помощью веретена и прялки превращала кудель в нить. Равномерность и тонкость нити служили главными критериями мастерства, напрямую влияя на ценность готового полотна.

Технологии ручного ткачества

Ткацкий стан, или кросны, являлся сложным инженерным приспособлением, конструкция которого определяла параметры создаваемой ткани. Ширина домотканого полотна обычно варьировалась от 35 до 40 сантиметров, что было обусловлено длиной руки ткачихи, перебрасывающей челнок, и шириной берда — гребня, через который проходили нити основы. Это технологическое ограничение стало фактором, сформировавшим характерный крой русской одежды, базирующийся на соединении узких полос ткани.

В крестьянской среде преобладало полотняное переплетение, при котором нити основы и утка чередовались в шахматном порядке. Однако для создания праздничных тканей применялись более сложные техники узорного ткачества. Браная техника требовала использования специальной дощечки-бральницы, с помощью которой мастерица выбирала определённые нити основы, создавая дополнительный зев для прокидывания цветного утка. Это позволяло формировать геометрические орнаменты, чаще всего красного цвета, на белом или сером фоне.

Закладное ткачество представляло собой ещё более трудоёмкий процесс, при котором уток прокладывался не по всей ширине ткани, а лишь на отдельных участках, образуя разноцветные узоры. Эта техника позволяла создавать плотные, коврообразные ткани, идентичные с лицевой и изнаночной стороны. В южнорусских губерниях широкое распространение получила пестрядь — ткань в клетку или полоску, получаемая за счёт использования разноцветных нитей как в основе, так и в утке. Пестрядь служила основным материалом для пошива рубах, сарафанов и передников, заменяя более дорогие покупные ткани.

Инженерные принципы кроя

Конструкция русской народной одежды базировалась на принципе безотходного раскроя, что диктовалось высокой трудоёмкостью производства ткани. Каждый сантиметр полотна имел ценность, поэтому криволинейные срезы, дающие выпады (обрезки), практически отсутствовали. Основу кроя составляли прямоугольные модули, которые соединялись между собой, образуя объёмную форму.

Для расширения одежды и обеспечения свободы движений использовались клинья и ластовицы — небольшие квадратные или ромбовидные вставки под мышками. Ластовица не только снимала напряжение ткани в месте соединения рукава с боковым швом, но и выполняла гигиеническую функцию: часто её делали из ткани другого цвета, например красного, что символически связывалось с защитой уязвимых мест. В конструкции женских рубах широко применялись полики — плечевые вставки, позволявшие расширить горловину и придать объём верхней части стана.

Сарафанные комплексы также подчинялись логике экономного кроя. Косоклинный сарафан, характерный для северных и центральных губерний, кроился из нескольких прямых полотнищ спереди и сзади, к которым по бокам пришивались продольные клинья. Это создавало монументальный, расширяющийся книзу силуэт, при этом ни один лоскут ткани не уходил в отходы. Подобная рациональность, граничащая с геометрическим совершенством, сближала крестьянское портновское ремесло с архитектурным проектированием.

Декоративное оформление тканей: набойка и крашение

Кроме тканых узоров, важную роль в украшении текстиля играла набойка — техника нанесения рисунка на ткань с помощью резных деревянных досок (манер). Этот метод позволял имитировать дорогие привозные ткани, такие как парча или бархат, делая узорчатую одежду доступной для широких слоёв населения. Существовало два основных способа набойки: масляная и кубовая.

При масляной набойке краску наносили непосредственно на рельефную поверхность доски и отпечатывали на ткани. Кубовая набойка представляла собой более сложный химический процесс, основанный на использовании резервирующего состава — вапы. Вапу наносили на белое полотно, после чего ткань погружали в чан (куб) с красителем индиго. Места, покрытые вапой, не окрашивались и оставались белыми, образуя контрастный узор на глубоком синем фоне. Мастера-набойщики часто странствовали по деревням, предлагая свои услуги и имея в арсенале множество досок с различными орнаментами.

Для окрашивания тканей использовались природные красители, добываемые из растений, коры деревьев и насекомых. Отвары из зверобоя, душицы, коры дуба и ольхи давали широкую палитру оттенков от жёлтого и зелёного до коричневого и чёрного. Закрепление цвета производилось с помощью протрав, таких как квасцы или ржавое железо, что требовало от красильщика знаний химии и свойств материалов.

Искусство вышивки и золотное шитье

Вышивка в русском костюме выходила далеко за рамки простого украшательства, являясь знаковой системой, фиксирующей социальный статус, возраст и семейное положение владельца. Технический арсенал вышивальщиц включал счётные швы (роспись, набор, счётная гладь), выполняемые по структуре ткани, и свободные швы, наносимые по рисованному контуру.

Особое место занимало золотное шитье, центрами которого были Торжок, Городец и Арзамас. Поскольку металлическая нить (золотная или серебряная) была дорогой и жёсткой, её не протягивали сквозь ткань, а прикрепляли к поверхности мелкими стёжками шёлковой нити — эта техника называлась «шитьём в прикреп». Для создания рельефа под золотую нить подкладывали настил из бересты, картона или толстых нитей, что придавало узору объём и дополнительный блеск за счёт игры света на изогнутой поверхности. Золотным шитьём украшали преимущественно головные уборы (кокошники, кики) и праздничные душегреи, превращая их в произведения ювелирного искусства.

Жемчужное низание и работа с перламутром

Наряду с золотом, русский костюм, особенно на Севере, обильно декорировался речным жемчугом. Добыча жемчуга в реках Карелии и Архангельской губернии делала этот материал относительно доступным даже для зажиточного крестьянства. Техника «сажения по бели» предполагала прокладывание по узору белого хлопчатобумажного или льняного шнура (бели), к которому затем пришивались жемчужины. Это позволяло жемчугу лежать ровно и прочно держаться на основе.

В более скромных вариантах жемчуг заменяли рубленым перламутром или бисером, однако техника исполнения оставалась неизменной. Жемчужные сетки-поднизи, спускавшиеся на лоб из-под головного убора, требовали от мастерицы точного расчёта и умения работать с мельчайшими модулями. Плотность и чистота жемчужного шитья служили показателем достатка семьи и мастерства рукодельницы.

Кожевенное дело и обувные промыслы

Обработка кожи и изготовление обуви составляли отдельную ветвь ремесленного искусства, тесно связанную с костюмом. Выделка кож требовала длительного дубления с использованием коры ивы или дуба, а также жирования для придания материалу водоотталкивающих свойств. Из кожи шили сапоги, коты (туфли) и поршни (простейшую обувь из цельного куска кожи).

В регионах с суровым климатом развивалось скорняжное ремесло — выделка мехов. Овчинные шубы, составлявшие основу зимнего гардероба, нередко украшались аппликациями из кожи другого цвета или вышивкой шерстяными нитями. Конструкция шубы, как и текстильной одежды, была рациональной: использовались все части шкуры, а швы выполнялись с особой прочностью, чтобы выдерживать нагрузки при носке.

Региональные комплексы: Север и Юг

Огромная территория расселения русского народа обусловила формирование двух различных по составу и художественному решению комплексов одежды: северорусского сарафанного и южнорусского понёвного. Граница между ними проходила приблизительно по линии Ока — Москва.

Северорусский сарафанный комплекс

На Русском Севере (Архангельская, Вологодская, Олонецкая губернии) и в Поволжье основой женского костюма являлся сарафан — высокая юбка на лямках. Древнейший тип сарафана, косоклинный, шили из домотканой шерсти или крашенины, а в праздничных вариантах — из шелка и парчи. Его конструкция, включавшая множество клиньев (иногда до 12 и более), создавала величественный, статический силуэт, скрывающий формы тела. К концу XIX века распространился прямой сарафан («московец» или «круглый»), состоявший из 5 – 7 прямых полотнищ, собранных в мелкую складку под обшивку на груди.

Сарафан носили поверх длинной рубахи, верхняя часть которой («рукава» или «воротушка») богато украшалась вышивкой или ткачеством, так как оставалась видимой. Характерной чертой северного костюма было обильное использование речного жемчуга и золотного шитья в головных уборах, что отражало относительную зажиточность поморского крестьянства и торговые связи региона.

Южнорусский понёвный комплекс

В южных губерниях (Рязанской, Тульской, Орловской, Курской, Воронежской, Белгородской) бытовал более архаичный тип одежды, состоящий из рубахи и понёвы. Понёва представляла собой набедренную одежду, которую надевали только замужние женщины. Она состояла из трёх (реже четырёх) полотнищ шерстяной клетчатой ткани, сшитых частично или полностью и собранных на шнур-гашник.

Клетчатый узор понёвы не был случайным: размер клетки, цвет нитей и ширина полос служили своеобразным паспортом владелицы, указывая на её принадлежность к конкретному селу или уезду. Декор понёвы включал вышивку по клеткам («набирание»), нашивку лент, позумента и блёсток. Задние полотнища часто украшались особенно богато, образуя сплошной ковровый узор. Важным элементом южного костюма был передник-завеска, который закрывал не только юбку, но и грудь, и часто имел рукава, превращаясь в накладную одежду сложного кроя.

Инженерная типология головных уборов

Русские женские головные уборы отличались исключительным разнообразием конструкций, которые можно разделить на несколько инженерных типов. Главным принципом было строгое различие между девичьими уборами, оставлявшими открытой макушку и косу (венцы, повязки), и женскими, полностью скрывавшими волосы.

Кокошник

Наиболее известный тип убора, кокошник, базировался на жёсткой основе из проклеенного холста или картона (кить). Форма гребня — треугольная, лунница, округлая — варьировалась в зависимости от региона. Одногребенчатые кокошники могли иметь наклон вперёд или назад, что достигалось сложным кроем шапочки-донца. Поверхность гребня обтягивалась дорогой тканью и расшивалась золотной нитью, бисером или жемчугом.

Сорока и кика

Более древний и сложный составной убор — кика с сорокой — был характерен для южных областей. Он состоял из множества элементов (до 12 – 14 частей), надеваемых последовательно. Основу составляла кичка — твёрдая шапочка с возвышением (рогами, лопатой или копытцем), которая задавала форму всему убору. Поверх неё надевалась сорока — мягкий чехол из ткани, часто бархатный или кумачовый, с богато вышитым очельем и длинными «крыльями» позади. Дополняли конструкцию позатылень, закрывавший шею сзади, и налобник. Вес такого убора мог достигать нескольких килограммов.

Искусство поясов: символика и технологии

Пояс в русской традиции являлся обязательным элементом костюма для мужчин и женщин всех возрастов. Хождение без пояса считалось греховным и неприличным («распоясаться»). Технологии изготовления поясов представляли собой отдельную ветвь текстильного ремесла.

Простейшие пояса вили или плели «на пальцах», но наиболее ценились тканые изделия. Ткачество «на дощечках» (кружках) позволяло создавать плотные, толстые пояса с сложными геометрическими узорами. Дощечки — небольшие квадратные пластинки с отверстиями по углам — служили одновременно и зевообразовательным механизмом, и катушками для нитей основы. Поворачивая пачку дощечек, мастерица перекручивала нити, создавая прочный шнур.

Другая техника — ткачество «на бёрдышке» (ниту) — использовала жёсткое приспособление с прорезями и отверстиями. Поднимая и опуская бёрдышко, ткачиха меняла зев и прокидывала уток. Эта технология позволяла ткать более широкие кушаки, которые носили мужчины поверх верхней одежды. Узоры на поясах часто содержали дарственные надписи и молитвы, что превращало их в обереги.

Мужской костюм: функциональность и лаконизм

Мужская одежда была более единообразна на всей территории расселения русских, чем женская, и сохраняла архаичный туникообразный крой. Основой служила рубаха-косоворотка с разрезом ворота слева (реже справа или посередине). Ее шили из одного перегнутого полотнища ткани, к которому пришивали прямые рукава и боковые клинья для расширения подола. Длина рубахи обычно доходила до колен, и носили её навыпуск, подпоясывая узким поясом или шнуром.

Обязательным элементом были порты (штаны), шившиеся из двух полотнищ холста или пестряди с клиновидной вставкой (шагом) между штанинами для удобства ходьбы. Зимой поверх холщовых портов надевали суконные штаны. Верхняя мужская одежда — кафтаны, зипуны, армяки — отличалась разнообразием кроя (отрезные по талии или халатообразные) и материалов (домотканое сукно, валяная шерсть). Важным статусным маркером служила шапка: валяная грешневика для будней или меховой треух для зимы и праздников.

Трансформация ремесла в эпоху промышленного переворота

Конец XIX века ознаменовался проникновением фабричных материалов в крестьянский быт, что привело к постепенному угасанию домашнего ткачества и изменению эстетики костюма. Дешёвые ситцы с ярким печатным рисунком (барановские ситцы) начали вытеснять трудоёмкие льняные полотна. Это повлекло за собой изменение кроя: ширина фабричной ткани позволяла отказаться от множества швов и клиньев, характерных для домотканины.

Появились новые предметы гардероба, такие как «парочка» — юбка и кофта из одной ткани, сшитые по городской моде. Ручная вышивка стала заменяться нашивкой готовых лент, кружев и тесьмы, а сложные техники ткачества упрощались или забывались. Тем не менее, даже в фабричных изделиях крестьяне стремились сохранить традиционные представления о красоте, выбирая ткани с узорами, напоминающими народные орнаменты, и соблюдая привычные цветовые сочетания.