«Белые зубы» Зэди Смит, краткое содержание читать ~5 мин.

«Белые зубы» — дебютный роман британской писательницы Зэди Смит (англ. Zadie Smith), опубликованный в 2000 году и удостоенный множества литературных премий, включая Whitbread Book Award. Произведение, по которому в 2002 году сняли четырёхсерийный телефильм, охватывает полвека и связывает судьбы двух семей через дружбу, войну и вопросы идентичности.

Сюжетная линия стартует ранним утром 1 января 1975 года. Арчи Джонс, 47-летний англичанин с ничем не примечательной биографией, сидит в автомобиле, наполненном выхлопными газами. После развода и осознания полной заурядности своей жизни он подбросил монетку и принял решение совершить самоубийство. Однако вмешательство владельца мясной лавки прерывает этот акт. Восприняв спасение как знак свыше, Арчи отправляется на богемную вечеринку, посвящённую «Концу света». Там он встречает Клару Боуден, ямайскую девушку, которая младше его почти на тридцать лет.

Клара переживает собственный кризис. Её мать, Гортензия, — ревностная свидетельница Иеговы, воспитавшая дочь в ожидании Армагеддона. Подростковый бунт Клары выразился в романе с Райаном Топпсом, местным хулиганом. Ирония судьбы заключалась в том, что Райан под влиянием Гортензии сам обратился в веру, став фанатичным адептом, после чего отверг Клару. Оказавшись брошенной и лишившись передних зубов в аварии с Райаном, девушка принимает ухаживания Арчи. Они женятся спустя шесть недель после знакомства.

Эхо войны и корни дружбы

Лучший друг Арчи — Самад Икбал, бенгальский официант, работающий в карри-хаусе в центре Лондона. Их дружба, кажущаяся странной окружающим, зародилась в 1945 году, когда они служили в одном танковом экипаже в Восточной Европе. Тогда, будучи совсем юными, они столкнулись не с героическими сражениями, а со скукой и абсурдом последних дней войны.

В 1945 году, оказавшись отрезанными от своего полка в болгарской глуши, они захватили французского коллаборациониста и нацистского учёного доктора Марка-Пьера Перрета. Самад требовал казни военного преступника, желая оставить след в истории. Арчи, следуя своему принципу полагаться на случай, подбросил монету, чтобы решить участь пленного. Хотя Самад был уверен, что Арчи убил доктора, правда о том событии оставалась скрытой десятилетиями, формируя фундамент их отношений.

К середине 1980-х обе семьи обзаводятся детьми. У Джонсов растёт дочь Ири, страдающая от комплексов по поводу своей внешности и кудрявых волос. У Самада и его молодой жены Алсаны рождаются близнецы — Магид и Миллат. Самад одержим страхом, что британская культура развращает его сыновей и стирает их идентичность. После короткого платонического увлечения учительницей своих детей, Поппи Берт-Джонс, Самад видит в этом знак морального падения. В попытке спасти хотя бы одного сына от западного влияния, он отчаянным жестом похищает девятилетнего Магида и отправляет его в Бангладеш для традиционного воспитания. Миллат остаётся в Лондоне, превращаясь в трудного подростка, курящего марихуану и обожающего голливудские боевики.

Халфенизм и генетические эксперименты

В 1990 году судьбы детей переплетаются с семьёй Чалфенов — интеллектуалов из среднего класса. Ири и Миллат попадают к ним «на перевоспитание» после инцидента с марихуаной в школе. Маркус Чалфен — учёный-генетик, работающий над проектом «Будущая мышь» (FutureMouse), а его жена Джойс — садовод, склонная к гиперопеке. Чалфены живут в мире рационализма и веры в то, что воспитание способно исправить любые ошибки природы. Этот подход, названный в романе «халфенизмом», становится полной противоположностью хаосу и фатализму, царящему в семьях Джонсов и Икбалов.

Ири устраивается секретарём к Маркусу, очарованная упорядоченным миром Чалфенов. Однако вскоре баланс сил меняется. Вернувшийся из Бангладеш Магид оказывается не благочестивым мусульманином, а утончённым атеистом и сторонником научного прогресса, что приводит Самада в ярость. Магид становится протеже Маркуса, помогая ему с юридическим оформлением проекта генно-модифицированной мыши. Миллат же, напротив, радикализируется и вступает в фундаменталистскую группировку «Кевин» (KEVIN), протестующую против вмешательства науки в божественный замысел.

Зэди Смит мастерски использует метафору зубов и корней как сквозную тему повествования. Зубы в романе — это единственное, что остаётся у человека, когда всё остальное утрачено, но они же — источник постоянной боли и стыда. Клара носит зубные протезы, скрывая своё прошлое; Самад гордится своим прадедом Мангалом Панде, героем восстания сипаев, цепляясь за исторические корни как за единственную опору в чужой стране. Персонажи постоянно пытаются либо вырвать свои корни, чтобы ассимилироваться, либо, наоборот, искусственно их укрепить, не замечая, что жизнь, как и генетика, не поддаётся полному контролю.

Развязка

Кульминация наступает 31 декабря 1992 года на презентации «Будущей мыши». В зале собираются все противоборствующие силы: Свидетели Иеговы (с Гортензией и Райаном), исламисты из «Кевин» и зоозащитники из FATE. Атмосфера накалена до предела. Маркус Чалфен представляет своё творение — мышь, запрограммированную прожить ровно семь лет. На сцене появляется его наставник, пожилой учёный. Арчи узнаёт в нём доктора Перрета — человека, которого он пощадил полвека назад.

Миллат, вооружённый пистолетом, пробирается к сцене с намерением убить создателя «богохульной» мыши. Арчи видит, как Миллат целится, и в момент выстрела бросается наперерез, закрывая собой Перрета (в некоторых интерпретациях — спасая Миллата от греха убийства). Пуля попадает Арчи в бедро. Падая, он разбивает стеклянный бокс. В суматохе напуганная мышь сбегает через вентиляцию, символизируя победу непредсказуемой жизни над научным детерминизмом.

Эпилог переносит читателя в будущее. Магид и Миллат, которых свидетели не смогли различить, отбывают наказание в виде общественных работ. Ири воспитывает дочь, биологическим отцом которой может быть любой из братьев-близнецов (следствие одной ночи, когда она в отчаянии искала близости с обоими). Девочка растёт без давления отцовского наследия, свободная от груза прошлого. Самад и Арчи, постаревшие, но неразлучные, продолжают свои споры, наблюдая за наступлением нового тысячелетия.