Брюс Науман:
американский скульптор-постмодернист, художник-инсталлятор читать ~5 мин.

Один из наиболее влиятельных американских скульпторов эпохи постмодернизма, Брюс Науман (англ. Bruce Nauman) работает с широким спектром медиа, включая скульптуру, графику, фотографию, неоновые конструкции, видеоарт и инсталляционное искусство. Хотя оценки арт-критиков в отношении его творчества часто полярны, созданное им пластическое искусство занимает достойное место в ведущих музейных и частных собраниях мира. Среди знаковых произведений: From Hand to Mouth (1967, Музей Хиршхорна и Сад скульптур, Вашингтон, округ Колумбия); неоновая вывеска с программным заявлением “The true artist helps the world by revealing mystic truths” (1967, Художественный музей Филадельфии); видеоработа Bouncing Balls (1969); инсталляция Green Light Corridor (1970, Музей Соломона Р. Гуггенхайма, Нью-Йорк); скульптура South American Triangle (1991, Музей Хиршхорна) и мультимедийная работа Anthrosocio (1992, Кунстхалле, Гамбург). Провокационный, авангардный и технически разносторонний, Науман по праву считается одним из самых смелых экспериментаторов среди скульпторов XX века.

Становление и ранние годы

Художник родился в 1941 году в штате Индиана. В Университете Висконсина в Мэдисоне он углублённо изучал математику и физику, а также теорию музыки, прежде чем полностью переключиться на изящные искусства и получить диплом в 1964 году. Фундаментальные знания в области точных наук впоследствии помогли ему решать сложные технические задачи при создании инженерных инсталляций. Степень магистра искусств Науман получил в 1966 году в Калифорнийском университете в Дэвисе. Ещё в студенческие годы состоялась его первая персональная выставка в галерее Николаса Уайлдера (Лос-Анджелес), что привлекло к молодому автору внимание профессионального сообщества. Поначалу он интересовался живописью и недолгое время работал ассистентом у поп-артиста Уэйна Тибо, известного изображениями кондитерских изделий и предметов масс-культа. Вскоре Науман оставил живопись, сосредоточившись на скульптурных экспериментах, перформансе и кинематографе. С 1966 года он начал преподавательскую деятельность в Институте искусств Сан-Франциско.

Именно в этот период сформировался уникальный метод Наумана, основанный на переосмыслении самого понятия художественного процесса. Оказавшись в пустой мастерской без конкретных идей, он пришёл к выводу, что искусством является любая деятельность художника в студии. Это привело к созданию серии работ, фиксирующих простые, монотонные действия: хождение по периметру квадрата, отбивание мяча или принятие неудобных поз. Тело автора стало одновременно инструментом и материалом, а рутина превратилась в художественный жест, стирающий границу между бытовым поведением и перформативным актом.

Скульптура и работа с пространством

В скульптурных объектах Науман использует широкий спектр материалов: от классической бронзы до стекловолокна, полиэстера, воска и таксидермических манекенов. Постепенно за ним закрепилась репутация радикального новатора. Одной из самых узнаваемых работ 1960-х годов стала неоновая спираль, гласящая: “The true artist helps the world by revealing mystic truths” («Истинный художник помогает миру, открывая мистические истины»). Эта фраза, исполненная в эстетике коммерческой рекламы пивного бара, содержит иронию над романтизированным образом творца. В это же время художник начал эксперименты с голографией и звуковыми эффектами.

Особое место в творчестве Наумана занимают языковые игры. Он часто использует слова и фразы, превращая их в визуальные объекты посредством неона. Художник исследует семантические сдвиги, используя анаграммы, палиндромы и каламбуры (например, Raw War или Run from Fear, Fun from Rear). Мерцание неоновых трубок, попеременно зажигающих разные части слов, меняет смысл написанного на противоположный, демонстрируя ненадёжность человеческой коммуникации и двусмысленность языка.

Видеоарт и инсталляции

Первая музейная ретроспектива Наумана состоялась в Художественном музее округа Лос-Анджелес (LACMA) в 1972 году, когда автору был всего 31 год — редкое достижение для столь молодого художника. Экспозиция затем отправилась в турне по США, включая показ в Музее американского искусства Уитни в Нью-Йорке. Выставка вызвала бурную реакцию: критики называли работы болезненными, абсурдными, но при этом интеллектуально стимулирующими. Его вторжение в сферу видеоарта закрепило за ним статус пионера постмодернистского искусства. Ранние видеоработы часто фиксировали актёров, выполняющих циклические странные действия, или самого художника, исследующего пределы физической выносливости.

Важной частью наследия Наумана являются архитектурные инсталляции, известные как «коридоры». Это узкие, часто клаустрофобные пространства, куда приглашается зритель. Внутри могут использоваться системы видеонаблюдения, где монитор показывает входящему его собственную спину или транслирует изображение с задержкой, вызывая дезориентацию и чувство отчуждения от собственного тела. Когда посетители ощущали себя в ловушке, художник фиксировал их реакции, превращая зрительский опыт дискомфорта в часть произведения.

Концептуальный подход Наумана часто сравнивают с наследием дадаистов, в частности с идеями Марселя Дюшана и Мана Рэя. В 1980-х годах в его работах появились образы клоунов, что вызвало параллели с творчеством писателя Сэмюэла Беккета. Критики отмечали, что «ни один другой современный художник не работал столь интенсивно с повторами, превращающими малые абсурдности повседневности во что-то невыносимое». Поздние видеоинсталляции стали технически сложнее: работа Learned Helplessness in Rat (1988) включала плексигласовый лабиринт и громкую панк-рок музыку, а Violent Incident (1986) демонстрировала зацикленную сцену домашней ссоры. Параллельно с Науманом к видеоарту в 1960-х обращались и другие мастера, включая Энди Уорхола, а также авангардные композиторы Ла Монте Янг и Джон Кейдж (1912–1992).

Замечание о восприятии пластики

Признание и выставочная деятельность

Сегодня Науман признан одним из величайших художественных деятелей постмодернизма. В 1991 году он был удостоен Премии Макса Бекмана (Франкфурт), в 1993 году получил престижную Премию Вольфа в области искусств, а в 1994 году — Премию Векснера. В 1999 году он получил «Золотого льва» Венецианской биеннале за вклад в искусство, а в 2009 году представлял США на этом форуме, где американский павильон был удостоен награды за лучшее национальное участие. Критики писали о его работах как об искусстве, чья нарочитая «глупость» обезоруживает зрителя так же эффективно, как это делали дадаисты.

Работы Наумана включены в собрания ведущих художественных музеев мира, в том числе: МоМА (Нью-Йорк), Музей Уитни, Центр Помпиду (Париж), Тейт Модерн (Лондон) и Музей Вальрафа-Рихарца в Кёльне. С 1979 года Брюс Науман живёт и работает на уединённом ранчо в Галистео, штат Нью-Мексико, продолжая свои эксперименты вдали от шума арт-рынка.