Ян Брейгель Старший – Вакханалия (фигуры Хендрика I ван Балена)
ок1620. 42x70
Где находится оригинал: Государственная галерея фламандского искусства, нойбургский замок, Нойбург (Staatsgalerie Flämische Barockmalerei, Schloss Neuburg, Neuburg).
На эту операцию может потребоваться несколько секунд.
Информация появится в новом окне,
если открытие новых окон не запрещено в настройках вашего браузера.
Для работы с коллекциями – пожалуйста, войдите в аккаунт (откроется в новом окне).
Поделиться ссылкой в соцсетях:
Комментирование недоступно Почему?
Художник мастерски передаёт ощущение хаоса и избыточности: множество тел переплетаются друг с другом, создавая плотную массу, лишённую чёткой структуры. Внимание привлекают детали – лица, выражающие блаженство и покорность чувственным наслаждениям, жесты, полные нескромности и раскрепощённости.
На заднем плане, среди густой листвы, парят купидоны, словно наблюдатели за происходящим. Их присутствие добавляет сцене мифологический оттенок, намекая на божественное покровительство празднеству. В верхней части картины можно различить фигуры, устремлённые в небо, возможно, символизирующие возвышение над земными заботами и погружение в трансцендентное состояние.
Цветовая палитра картины насыщена тёплыми оттенками – золотистым, охристым, красноватым – что усиливает ощущение жара и страсти. Использование светотени создаёт эффект объёмности и динамики, подчёркивая пластичность человеческого тела.
Подтекст картины сложен и многогранен. С одной стороны, это гимн чувственности и наслаждению жизнью, прославление плодовитости и природной энергии. С другой – сцена может быть интерпретирована как предостережение против чрезмерности и потери контроля над собой. Безудержное веселье и отсутствие моральных ограничений могут вызывать ощущение тревоги и даже ужаса, заставляя зрителя задуматься о границах дозволенного и последствиях необузданных страстей.
На мой взгляд, картина представляет собой яркое и провокационное изображение, которое вызывает широкий спектр эмоций и интерпретаций. Она отражает сложность человеческой природы, разрываясь между стремлением к удовольствию и необходимостью самоконтроля.