Николай Николаевич Ге

Николай Ге - художник-философ

Николай Ге родился 27 февраля 1831 года. Ге сначала был студентом Киевского, затем Санкт-Петербургского университета, где обучался математике, потом увлекся искусством и поступил в Академию художеств. За картину «Аэндорская волшебница вызывает тень Самуила» Николай Ге получил кроме Большой золотой медали право пребывания в Италии. Вскоре им были написаны картины-подражания: «Смерть Виргинии», «Разрушение Иерусалимского храма». Тень от «Последнего дня Помпеи» Карла Брюллова цепко держала Ге в своем кругу. Эскиз «Возвращение с погребения Христа» был сделан под влиянием Алексндра Иванова.

Возвратившись в Россию с картиной «Тайная вечеря» Ге был удостоен звания профессора, Зрители толпились у произведения, затевались споры.

Александр II поддерживая славу царя-либерала, купил «Тайную вечерю» и подарил её…академии. Подарок был не из приятных. Злые языки утверждали, будто лицо Христа писано с фотографии Герцена, а в апостоле Петре узнавались черты автора картины.

Ге снова устремился в Италию. Там ему виделась жизнь вольная, не связанная заказами и выполнением обязанностей профессора. А больше всего ждал художник встречи с Герценом. Во Флоренции встреча состоялась. За пять сеансов Ге создал удивительный портрет. Герцен определил его лаконично: «Rembrandtisch» (по-рембрандтовски»).

В портрете художник сфокусировал внимание на лице Герцена. Из темноты, обласканный светом, выделяется большой лоб, крупный нос. Плавные линии плеч, повторяясь в воротничке, цепочке, в абрисе головы, возвращают внимание к мудрым глазам, в которых раздумье, скорбь, железная воля.

Портрет по-рембрандтовски глубок – это не только изображение человека, но и выражение его судьбы. На предложение П.М.Третьякова, пожелавшего приобрести портрет, художник ответил мягким отказом: «Портреты я пишу без корыстолюбивых видов для себя лично».

В Италии Ге создает новые картины, одну за другой посылая их на выставки в Петербург. Но полотна вызывают разочарование. В них евангельские сюжеты не становятся поводом для размышления.

В 1870 году Ге решил покинуть солнечную Италию и вернуться в Россию. Ощутить её ширь глазами и сердцем стало его насущной потребностью.

Ещё на этюдах в Сан-Теренцо, куда приезжал Г.Мясоедов в 1867 году Ге обсуждал с ним проект создания независимого от академии объединения художников. Нужна была принципиально новая идея. Она была найдена – передвигать выставки по стране! В этом случае холсты увидят в разных городах, искусство пойдет в гущу народа, а художники получат средства и возможность существовать без обременительных заказов. Создание Товарищества передвижных выставок Ге воспринял как своё кровное дело. И со всей страстью начал пропагандировать его – читать лекции, спорить, убеждать, став впоследствии членом правления и казначеем.

Впервые выставка открылась в 1871 году. Зрители увидели «Майскую ночь» Крамского, «Грачи прилетели» Саврасова, «Привал охотников» Перова, «Порожняки» Прянишникова и картину Ге «Петр I допрашивает царевича Алексея в Петергофе». Это произведение- гвоздь выставки. У полотна всегда многолюдно. Разноречивые отклики публикуют газеты. П.М.Третьяков приобрёл его, увидев ещё в мастерской.

Реформы 1860-х годов сравнивались в то время с реформами петровской эпохи. Споры о судьбах России волновали всех. Ге тонко уловил общественные настроения и решительно встал на сторону защитников новых веяний. Его упрекают в приукрашивании характера Петра, жестоко расправившегося с сыном. «Да, Петр жесток, – писал М.Е.Салтыков-Щедрин по поводу картины, – но жестокость его осмысленна и не имеет характера зверства для зверства, что отличает действия временщиков позднейших времен».

Эскизы показывают длинный путь Ге к простоте композиции. Фигуру Петра он раз за разом располагает около стола – ищет то единственное положение, главный ракурс, который откроет суть происходящего между отцом и сыном. Петр не презирает предателя. Он скорбит о деле, которое некому передать, о сыне, которого невозможно оставить в живых. Алексей затаился, он ещё надеется избежать отцовской кары. Композиция делает зрителя участником трагедии – кажется, что стоишь рядом и наблюдаешь жуткий финал долгой, изнурительной борьбы.

В это время Ге мучительно решает, как жить дальше. Бросив шумный Петербург, он отправился в 1876 году в Черниговскую губернию и поселился с семьей на хуторе. Многие уверены: Ге не выдержал – ожидал славы, а получил беспощадную критику за картины «А.С.Пушкин в селе Михайловском» и «Екатерина II у гроба императрицы Елизаветы». Но об истинной причине догадывались немногие. Сам художник впоследствии горько признавался: «Я ушел в деревню. Я думал, жизнь там будет дешевле, проще… а искусство будет свободно». Художник сеет овес, беседует с крестьянами, торгует на ярмарках. Иногда пишет, в основном портреты. Опрощение становится не формой поведения, а философией жизни. Это роднит его с идеями Льва Толстого.

Великий писатель в начале 80-х годов обосновал учение о нравственном самосовершенствовании – непротивлении злу, любви к ближнему. Ге тоже мучительно раздумывает над жизнью. Слова Толстого «Наша любовь к нищим – причина их плохого состояния» – зажигают художника. И Ге спешит к духовному единоверцу. Ге оценивал свои «Распятия» 90-х годов как нравственные «воскресения» – «разбойник, живший во тьме, при виде спокойно умирающего за правду…воскреснет как человек». Но тема воскресения – главная, тема позднего Толстого: «Смерть Ивана Ильича», «Власть тьмы» и других, переходит в тему разрыва с прежней жизнью, бегства, странничества и завершается уходом Толстого из Ясной поляны и его смертью в пути.

Первым знамением их дружбы стал портрет Л.Н.Толстого. О композиции, цвете, рисунке этого полотна можно сказать: «все как в жизни». Пережитое и выстраданное овладело здесь кистью художника. Работая в кабинете Толстого, художник дышал с ним одним воздухом, жил одной жизнью, сопереживая творческий процесс писателя. В картине все документально, овеяно особым единомыслием.

В 1886 году Ге отказывается от владения имением, оставляя за собой только помещение мастерской и две комнаты. Над художником смеются и явно и тайно. За один заказной портрет он мог бы получить больше, чем за год хозяйствования. Но Ге продолжает класть печи и пахать землю.

В 1892 году Ге создает «Автопортрет» – старик апостольского вида с испытующими глазами пристально смотрит на зрителя. Может быть, он думает о судьбе, предсказанной ему гимназическим учителем рисования: «Я знал, что ты будешь художником, я тебе не говорил этого, боялся тебя соблазнить – это большое горе и несчастье» Старик вглядывается в жизнь. Горе и несчастья его не остановили и не остановят.

Ге писал «чистые» пейзажи только в Италии. В этом жанре он отстаивал «идею пейзажа». По его мнению, вначале русские художники писали «виды». Шишкин показал «жизнь дерева». Потом появился Васильев с «живыми» облаками. Куинджи «дал свет», и, наконец, выступили художники-поэты. «Я сам писал пейзажи, – говорил Н.Ге, – и только после многолетнего общения с природой понял – чтобы её почувствовать, надо забыть себя».

Художник на миг «забыл себя» в портрете Н.И.Петрункевич. Забыл страдание – смерть жены, творческие неудачи, забыл, что его картины уже несколько лет не допускаются на выставки. Он пишет портрет соседки по хутору у распахнутого окна. Вдали, в конце аллеи, которая видна за окном, – могила жены. Туда из мрака собственных страданий рвется душа художника для общения с миром природы. Там вечно воскрешающее завтра, вечное обновление.