Джорджо де Кирико

В предвоенные годы в противовес футуризму в Италии возникло направление, или, как чаще называют, школа «метафизической» живописи. Основоположником её был итальянский художник Джорджо де Кирико, заявивший о себе в 1910 г. участием в выставке Независимых в Париже. Во время своего обучения в Мюнхене Кирико познакомился с трудами Ницше, Шопенгауэра, Вейнингера. Кирико сделал попытку воплотить средствами живописи отвлеченные метафизические идеи философов-идеалистов. Свое творчество он противопоставлял другим направлениям искусства модернизма.

Художник Джорджо де Кирико. Основоположник «метафизической» живописи

Историки искусства определяют творчество Кирико как сочетание «греческого духа с итальянским умом, включая элементы античности и современности Средиземноморья, в едином сновидении». Греческая архитектура и скульптура произвели неизгладимое впечатление на Кирико ещё в детстве, когда он жил в Греции, где отец его работал инженером. Элементы греческого искусства органически вошли в его творчество. Но, в отличие от подлинных произведений греческого искусства, всегда помещавшихся на природных возвышенностях или на высоких цоколях, в картинах Кирико греческие статуи «низводились» до уровня повседневной жизни, располагались на одной плоскости с людьми.

Попытки такого непосредственного включения произведений скульптуры в повседневную жизнь не новы. Они известны по творчеству Родена, который предполагал поместить свою скульптурную группу «Жители Кале» на низком цоколе в центре рыночной площади. Хотя формально Кирико делал то же, что и Роден, мотивы Кирико были диаметрально противоположны роденовским. Роден хотел включить своё идейно насыщенное искусство в жизнь людей, сделать произведение искусства непосредственным участником повседневной жизни. Кирико, помещая античные скульптуры в свои картины как бы «на равных правах» с образами людей, стремился придать своим произведениям «странность», сделать искусство загадочным, потусторонним».

По мнению учёных, произведения Кирико были призваны отразить «пафос Заратустры». Однако живопись Кирико, скорее, свидетельствует о воздействии на него философии Шопенгауэра: художник как бы силится выразить «идею» явлений и вещей, нечто, выходящее за рамки действительности. Нарочитую «значительность» придают картинам Кирико развернутая перспектива, удлиненные линии горизонта. Статичная монументальность достигается четким расположением предметов под прямым углом к горизонту. Несмотря на геометрически четкое построение, картины Кирико создают впечатление лабиринта. Это достигается изобилием изображений стен, искусственно удлиненных, перерезанных небольшими портиками, как бы ведущими «в никуда», в «потусторонность». Статичность композиции картин подчеркивается отдельными образами людей, часто бегущих, иногда стоящих в странных, «многозначительных» позах раздумья, всегда отбрасывающих густую, «таинственную» тень. Но самым характерным признаком живописи Кирико является алогичность сюжетов его картин, заполненных странными сочетаниями неожиданных предметов — детально выписанных резиновых перчаток, рыб, женских торсов, бананов... Мнимо значительные, претендующие на эпичность полотна Кирико не поддаются логическому восприятию и объяснению.

Хотя Кирико и противопоставляет своё творчество деятельности художников-модернистов, принципиального различия между его творческим методом и творческим методом кубистов и футуристов нет: так же, как и они, Кирико пользуется методом формализма, идейной основой деятельности Кирико служит идеалистическая философия, отрицающая необходимость отражения действительности в художественном творчестве. Так же, как кубизм и футуризм, «метафизическое» искусство Кирико быстро, уже в конце первой мировой войны, исчерпало себя.