В театре «Школа драмы Германа Сидакова» состоялась премьера спектакля «Любовь в стакане воды» по произведениям Людмилы Петрушевской

МОСКВА. Творческий чемодан Людмилы Петрушевской полон разных пьес, историй, сказок, они своеобразны и живы. Но в наше время для большинства театров они, видимо, сложны, и их обходят стороной. Но молодой и начинающий режиссёр Игорь Неведров дебютировал именно с пьесами Людмилы Петрушевской – «Стакан воды» и «Любовь».

Фото: Мария Тер

Круговорот одиночества

Взяв за основу две, казалось, разные пьесы, он объединил их в одну «Любовь в стакане воды». Сперва кажется, что это просто удачная игра слов, но, возможно в ней скрыто что-то большее?

Сцена небольшая, и декораций нет, но разве много нужно, чтобы показать чужую жизнь, в которую мы заглядываем сквозь окна? Женщина (Ульяна Глушкова), сидящая к нам спиной за старой швейной машинкой, иногда поворачивается к залу, поговорить о себе, о жизни Волка, с которым коротает век, о том, что без детей и «некому будет на старости лет стакан воды в морду швырнуть». Одета в черное, словно ещё носит траур, говорит деланно равнодушным голосом о прошлом, но редкие дрожащие нотки, выдают, что эта гордая и сильная женщина практически сломлена и опустошена жизнью. Ее одиночество особенно остро чувствуется, когда короткими кадрами диафильма мелькают дети, … «У меня тоже были близнецы…»

И так невозможно становится ей одиночество, что широким росчерком пера пишет свой новый, не идеальный мир «комната, тесно обставленная мебелью…». Появляются Света (Лукерья Ильяшенко) и Толя (Сергей Гилёв), послушно стоят, в ожидании продолжения истории. Этот прием, рассказ в рассказе, удачно расставляет все по своим местам. Сходившей с ума Женщине необходимо было хоть насколько-нибудь ощутить себя нужной, показать свою заботу, пусть даже придуманному миру. Но и в её персонажах проскальзывает страх одиночества, Света держится за маму, Толя не хочет отпускать Свету, как единственную подходящую кандидатуру в роли жены. Все повторяя, что не умеет любить, что не обманывает, в некоторых местах напоминая куклу без сердца, наводя и зрителя на мысли «а мы-то знаем, что значит любить?»

Наконец, Женщина вписывает себя в свою пьесу, являясь к героям мамой Светы. По своему направляя дочь к счастью, она, словно прерывает круговорот трагедий. И отряхнувшись от забытья, спрашивает зрителей «а вы ведь не галлюцинация?», и зрители настороженно переглядываются, – а вдруг?

Внимательного зрителя спектакль заставит задуматься о важных вопросах собственной жизни. И вместе с тем действие на сцене захватывает, погружает в мир красивой иллюзии, позволяя на полтора часа полностью отвлечься от повседневности.

Алёна Феофилатова