Дворец Голестан в Иране под ударной волной:
американо-израильские авиаудары повредили сердце исторического Тегерана читать ~9 мин.

2 марта 2026 года, на третий день американо-израильской военной операции против Ирана, сотрудники дворца Голестан обнаружили в его залах картину разрушений, которой это место не знало за полтора столетия. Ударная волна от авиаудара по соседним зданиям разбила исторические витражи, сорвала с потолков зеркальную мозаику и нанесла ущерб декоративным элементам, пережившим несколько революций и государственных переворотов XX века.

Три дня войны: как удары добрались до исторического центра

28 февраля 2026 года вооружённые силы США и Израиля нанесли скоординированные удары по Ирану. Президент Дональд Трамп отдал приказ об атаке без санкции Конгресса, объявив целями операции военную инфраструктуру страны и её руководство. В первые часы операции погибло несколько высокопоставленных иранских чиновников — среди них верховный лидер страны Али Хаменеи.

Вечером 1 марта по местному времени удар достиг площади Арг на юге Тегерана. Мишенями стали здание, связанное с судебной системой, и расположенный рядом полицейский участок. Оба объекта находятся в нескольких сотнях метров от комплекса Голестан — в квартале, где старый городской базар вплотную примыкает к дворцовым стенам. Дворец не был прямым объектом атаки, однако ударная волна прошла через его залы, оставив след разрушений внутри.

К 5 марта, по данным агентства Hyperallergic, в Иране в ходе американо-израильских ударов погибло более 1300 человек. Тегеран ответил дроновыми и ракетными ударами по Израилю и странам Персидского залива, принимающим американские военные базы.

Что произошло с дворцом: картина ущерба

Фотографии, распространённые иранскими и международными агентствами, зафиксировали несколько зон поражения. В Айван-э Тахт-э Мармар — Зале Мраморного трона на первом этаже комплекса — обвалились декоративные потолочные элементы, датируемые приблизительно 1750 годом. Оконные переплёты, выходящие как на внутренний двор, так и наружу, оказались выбиты. Части напольного покрытия получили механические повреждения, среди стеклянного крошева лежали фрагменты мраморных статуй.

Особенно значительный урон понёс Зеркальный зал — Талар-э Айнех. Построенный в 1870-х годах по проекту архитектора Абул Хасана Исфахани (1861 – 1946), зал отличался потолком и стенами, покрытыми айнэкари — ручной зеркальной мозаикой. Ударная волна сорвала мозаичные пластины с поверхностей, и мельчайшие осколки серебристого стекла выстлали полы сплошным слоем. Всё внешнее остекление зала уничтожено.

Агентство Mehr News сообщало, что накануне ударов ряд предметов из тронного зала был перемещён в защищённое хранилище. Этот превентивный шаг, вероятно, позволил сохранить часть движимых экспонатов — однако декоративные элементы, составляющие сами стены и потолки, эвакуировать физически невозможно.

Директор дворца Афарин Эмами встретила журналистов со слезами на глазах: “Предметы в этом дворце — как мои дети; годы труда вложены в каждый из них. Уникальные полы и потолочный декор уничтожены — а ведь реставрацию Зеркального зала мы закончили всего неделю назад”. Реставрационная кампания, занявшая годы работы, оказалась перечёркнута за секунды.

Профессор иранского и исламского искусства Лондонского университета Сусан Бабаи охарактеризовала произошедшее как «чрезвычайно тревожное». Она объяснила, что дворцовый комплекс устроен по принципу концентрических зон: наиболее торжественные залы расположены ближе к внешнему периметру, внутренние помещения исторически служили жилыми. Ударная волна пришлась именно на церемониальную часть — самую богато украшенную.

Бабаи провела аналогию с Версальским залом зеркал: айнэкари Голестана создавала схожий эффект рассеянного, мерцающего света. “Разбитые зеркала, осколки зеркальной мозаики, люстры, золочёные рамы — всё это рассыпалось по залу, как на фотографиях после бомбардировок”, — написала она.

Голестан: пятьсот лет в центре Тегерана

История дворцового комплекса уходит в XVI век, когда Сефевидская империя возвела на этом месте крепостные постройки — цитадель, управлявшую провинцией. Площадка занимала стратегически выгодное положение в центре тогдашнего Тегерана, и именно она привлекла внимание новой правящей династии после смены власти.

В 1779 году к власти пришли Каджары, провозгласившие Тегеран столицей страны. Они выбрали сефевидскую цитадель для своей резиденции и государственного двора. На протяжении 131 года последующие шахи перестраивали, расширяли и украшали комплекс, пока он не вырос до 17 отдельных строений, связанных садами, водными каналами и внутренними дворами.

В этот период сложился характерный облик Голестана — сочетание персидских изразцов ручной работы, зеркальной мозаики, резного гипса и позолоченных потолков с европейскими декоративными мотивами. Последние проникали в Иран через дипломатические контакты Каджаров с европейскими дворами и намеренно встраивались в убранство залов как демонстрация культурной открытости страны.

Центр художественного производства целой эпохи

Голестан в каджарский период не просто служил местом пребывания власти — он функционировал как источник художественных стандартов. Живописцы, мозаичисты, резчики по гипсу и мастера лаковой миниатюры работали при дворе, создавали произведения для дворцовых залов и передавали ремесленные навыки ученикам. Именно отсюда расходились по стране стандарты Каджарской архитектуры и декоративного искусства.

ЮНЕСКО внесло Голестан в Список всемирного наследия в 2013 году по критерию (iii) — как выдающееся свидетельство культурной традиции. В официальном описании организация указала, что комплекс содержит “наиболее полное собрание художественного и архитектурного наследия Каджарской эпохи”.

Кроме архитектуры, дворец хранит обширные коллекции. Профессор исламского искусства Мичиганского университета Кристиана Грубер, работавшая непосредственно в дворцовых архивах, сообщила, что Голестан владеет одной из наиболее значительных в мире коллекций исламских рукописей — многие с миниатюрами и орнаментальными украшениями. По её словам, эти рукописи документируют “культурное, художественное и интеллектуальное наследие ислама и Ирана на протяжении многих столетий”. Дворцовый архив также содержит редкие фотографии XIX века — Голестан был одним из первых мест на Востоке, где появилась эта технология.

От двора — к музею

Каджарская династия правила Ираном до 1925 года, когда к власти пришли Пехлеви. Новый правящий дом постепенно перенёс политический центр в северные кварталы Тегерана. Часть строений исторического ансамбля была снесена ради возведения административных зданий — безликих корпусов, которые и сегодня окружают сохранившуюся часть комплекса.

Тем не менее Голестан продолжал использоваться для официальных торжеств. В 1967 году в Зеркальном зале прошла коронация последнего шаха — Мохаммада Реза Пехлеви. После Исламской революции 1979 года дворец был взят под охрану государства, инвентаризирован и постепенно открыт для посетителей как музей. Реставрационные работы в разных залах шли вплоть до 2026 года.

ЮНЕСКО, международное право и официальные реакции

ЮНЕСКО выпустило заявление сразу после первых сообщений о повреждениях, сообщив, что передало всем причастным сторонам координаты объектов всемирного наследия и национально значимых памятников «в целях предотвращения возможного ущерба». Организация также объявила о мониторинге состояния культурного наследия в регионе.

Министр культуры Ирана Сейед Аббас Салехи потребовал немедленно направить в Тегеран делегацию экспертов ЮНЕСКО для оценки разрушений. Министр иностранных дел Аббас Арагчи обратился к организации жёстче: “Естественно, что режим, которому не дожить и до века, ненавидит народы с древней историей. Но где ЮНЕСКО? Его молчание недопустимо”.

Международное гуманитарное право — прежде всего Гаагская конвенция о защите культурных ценностей 1954 года — обязывает воюющие стороны воздерживаться от ударов по объектам культурного наследия. Конвенция предусматривает механизм «усиленной защиты» для наиболее значимых памятников; защищённые объекты маркируются знаком «синего щита». Конвенция ЮНЕСКО 1972 года о защите всемирного наследия накладывает дополнительные обязательства на государства — участников.

Профессор Грубер также напомнила, что ещё в 2020 году, после убийства иранского военачальника Касема Сулеймани, президент Трамп публично угрожал нанести удары по 52 иранским объектам, «некоторые из которых имеют высокое культурное значение». Эта угроза тогда была расценена правоведами-международниками как нарушение законов и обычаев войны. “Объекты всемирного наследия ЮНЕСКО не принадлежат никакому политическому режиму, — заявила Грубер. — Они составляют наше общее мировое достояние и требуют коллективной защиты, особенно в военное время”.

Разрушения за пределами Тегерана: Исфахан и Лурестан

Пока внимание мировых СМИ концентрировалось на Голестане, удары затронули и другие исторические центры страны. 10 марта в Исфахане взрыв у провинциального административного здания в историческом комплексе Давлатхане нанёс ущерб прилегающим памятникам эпохи Сефевидов. Давлатхане сам датируется XVII веком и расположен в исторической сердцевине города у площади Накш-э-Джахан.

Дворец Чехел Сотун — «Сорок колонн», XVII век — пострадал от ударной волны: вылетели окна, рассыпались настенные инкрустации в технике хатам, повредились несколько фресок, выполненных в стиле персидской миниатюры. По данным агентства WANA, также пострадал дворец Али Капу: окна выбиты, прилегающие художественные галереи и ремесленные базары получили аналогичные повреждения.

В архитектурном комплексе поблизости частично обрушился потолок Музея современного искусства. Здания Музея декоративно-прикладного искусства и Музея естественной истории также получили повреждения.

Губернатор Исфахана Мехди Джамалинежад указал, что несмотря на нанесённые на здания знаки «синего щита», удары всё равно повлекли разрушения. «Исфахан — это музей без крыши», — сказал он, назвав произошедшее «объявлением войны цивилизации».

8 марта в 17:30 по местному времени удар в окрестностях крепости Фалак-оль-Афлак в Хорремабаде на западе страны уничтожил здание регионального управления культурного наследия провинции Лурестан и серьёзно повредил два музея — археологический и антропологический. Об этом сообщил руководитель провинциального ведомства по охране наследия Ата Хасанпур.

Иранское министерство культуры, туризма и ремёсел призвало ЮНЕСКО, ООН и международные правозащитные органы “активировать правовые механизмы защиты культурного наследия в условиях вооружённого конфликта” и направить в Иран независимых экспертов и журналистов для оценки ущерба.

Что утрачено: взгляд специалистов

Зеркальная мозаика — айнэкари — создаётся вручную: каждый осколок стекла подгоняется к конкретному месту с учётом кривизны поверхности и угла падения света. Технология получила широкое распространение в Иране в период Каджаров и достигла своего пика именно в дворцовых интерьерах XIX века. Выполнить новую мозаику технически возможно — но оригинальный материал, характер укладки и рука конкретных мастеров не поддаются воспроизведению.

Профессор Бабаи подчеркнула, что церемониальные залы Голестана проектировались как визуальные сообщения: пространство передавало государственную мощь, культурную глубину и открытость миру. Дворец строился так, чтобы поражать иностранных дипломатов и формировать у них определённое впечатление о стране. Повреждение этих залов — утрата не только физических объектов, но и функциональной среды, в которой разворачивалась история иранской дипломатии.

По словам Бабаи, дворцовый музей хранил “наиболее значительные художественные достижения многих столетий иранского искусства”. Рукописные коллекции, фотоархивы, образцы лаковой живописи, придворного ювелирного дела — всё это было сосредоточено в комплексе, оказавшемся в зоне взрывной волны в первые дни войны.

Сотрудники дворца, судя по всему, заранее предвидели риск: по данным Mehr News Agency, часть экспонатов была эвакуирована в хранилище до начала ударов. Этот шаг, вероятно, позволил сохранить фрагмент движимого собрания. Но стены, потолки, встроенная мозаика — то, чем и был Голестан, — никуда не переносятся.