«Утоли моя печали» Бориса Васильева, краткое содержание читать ~7 мин.

Роман Бориса Васильева написан в 1997 году и переносит действие в последние годы 19 века и начало 20 века, когда частная судьба молодой дворянки Надежды Олексиной оказывается неотделима от семейной памяти, московской жизни и русской истории накануне катастроф. Название получает особую тяжесть в финале, когда иконка Божьей Матери «Утоли моя печали» появляется в тюремном свидании Ивана Каляева с Елисаветой Федоровной и связывает воедино личную боль, кровь Ходынки и тему нравственного суда.

Наденька Олексина растёт самой младшей в большой семье, над которой одна за другой проходят беды. Мать умирает внезапно, затем на дуэли гибнет брат Владимир, старший брат Гавриил, пережив турецкий плен и разуверившись в политике империи на Балканах, кончает с собой, а сестра Маша жертвует жизнью, накрыв собой бомбу, которую собиралась бросить в уфимского губернатора, когда рядом с ним случайно оказываются дети. Эти смерти формируют семейное предание, где честь, служение и крайность поступка важнее спокойного благополучия.

После череды утрат Надю воспитывают сестра Варвара и её муж Роман Трифонович Хомяков. Варвара — женщина властная, собранная и преданная семье, а Хомяков — бывший миллионщик, человек редкой деловой хватки и широкого ума, сумевший после краха заново подняться, создать состояние и сохранить внутреннюю свободу. В доме Хомяковых Наденька получает и строгую опеку, и простор для самолюбия, а память о братьях и сёстрах делает для неё честь почти родовым законом.

С детства она чувствует себя особенной и ищет свой путь, сперва в учёбе, потом в слове. В гимназии Надя быстро понимает, что обычные девичьи игры, кокетство и охота за поклонниками ей не удаются, зато у неё явная склонность к прозе. Преподаватель Березанский замечает её литературный дар, а рождественский рассказ о замерзающем мальчике приносит ей первую публикацию в «Задушевном слове», первый гонорар и ощущение почти мгновенной победы. Однако ранний успех оборачивается и первым уроком: следующие рассказы редакции отвергают, и Хомяков убеждает Надю, что одних сюжетов мало, что писателю нужен запас идей, добытых жизнью и трудом мысли.

Надежда послушно оканчивает частные курсы, получает право преподавать словесность и все больше склоняется к журналистике. Ей кажется, что именно журналистика способна заставить образованное общество услышать народный голос, тот самый глухой вой обиды и нужды, о котором неожиданно просто говорит её горничная Феничка. Надя мечтает сначала стать известной газетчицей, набрать наблюдений и материалов, а уже потом вернуться к большой прозе.

До этой серьёзной жизненной программы в её судьбе случается опасный эпизод с подпоручиком Сергеем Одоевским. После девичьего увлечения и душевной слепоты она отдаётся ему, почти уверенная, что дело кончится браком, но быстро выясняется, что Одоевский — человек бесчестный. За честь сестры вступается брат Георгий: он находит бывшего приятеля, вызывает его на дуэль и ведёт себя с редким хладнокровием, сознательно не убивая соперника, хотя тот стреляет на поражение и лишь чудом не попадает Георгию в сердце. Скандал губит его столичную карьеру, и Надя навсегда сохраняет чувство вины перед братом, чью жизнь поставила под удар своим поступком.

В Москве, готовящейся к коронации Николая Второго, Надежда знакомится сразу с двумя мужчинами, каждый из которых по-своему определит её дальнейшую судьбу. Один из них — чиновник Викентий Корнелиевич Вологодов, старше её, выдержанный, надёжный, принадлежащий к государственному миру службы и порядка. Другой — совсем молодой Иван Каляев, нижегородский дворянин, ещё почти гимназист, горячий спорщик, для которого история — не парад мундиров и дат, а душа народа и поле нравственной борьбы. Надю сначала раздражает его дерзость, однако именно в нём чувствуется живой нерв времени, который она сама только пытается нащупать.

Накануне коронационных торжеств Надя все сильнее стремится выйти из привычного круга салонов и гостиных к настоящей народной жизни. Вместе с Феничкой она отправляется на Ходынское поле, где москвичам обещаны царские подарки. Ночь перед раздачей проходит среди костров, песен, разговоров, усталых тел и простонародной речи, которую Надя жадно слушает как будущий репортёр. Она пытается уловить здесь материал для очерков, но пока ещё смотрит на толпу одновременно с сочувствием и с некоторой книжной наивностью, не до конца видя реальный масштаб беды.

На рассвете эта наивность погибает. На Ходынке начинается чудовищная давка, поле превращается в ловушку, и праздник коронации оборачивается массовой смертью. Надя получает тяжёлое потрясение, долго лежит без сознания, а Феничка гибнет. Для Надежды это уже не газетная тема и не исторический сюжет, а личная катастрофа, в которой она чувствует собственную вину, потому что именно она повела с собой преданную девушку.

После Ходынки меняется весь строй её внутренней жизни. Надя выживает, медленно поправляется, рядом с нею тревожатся Варвара, Хомяков и Вологодов, но прежняя Наденька — мечтательная, самолюбивая, живая, способная к литературной игре и к волшебным снам, — как будто остаётся под ходынской землёй вместе с погибшими. Ее молчание, апатия и страх причинить несчастье другим становятся новым состоянием души. Она думает о Феничке, о брате Георгии, о цене легкомысленных поступков и о том, что никакое слово уже не может исправить того, что случилось.

И Вологодов, и Каляев тянутся к ней, но каждый идёт своей дорогой. Вологодов любит Надю терпеливо и почтительно, старается быть рядом, когда ей особенно тяжело, и в конце концов добивается согласия на брак. Надежда выходит за него замуж в той самой сельской церкви, где когда-то венчались Варвара и Хомяков. Супружество, дети, внешнее устройство жизни и перемена обстановки не возвращают ей утраченной цельности: в ней остаётся внутренняя надломленность, и то, что погибло на Ходынке, уже не воскресает.

Судьба Каляева складывается иначе. Юношеский бунт, спор о русской истории и увиденная народная беда ведут его в революционный террор. Для него Ходынка становится нравственной точкой отсчёта, доказательством преступной природы власти, и потому он принимает решение казнить великого князя Сергея Александровича, которого считает главным виновником ходынской трагедии. Даже в этом он сохраняет свою жёсткую внутреннюю меру: в первый раз Каляев отказывается бросить бомбу, увидев в карете жену великого князя и детей, потому что вспоминает Машу Олексину, накрывшую своей бомбой детей губернатора.

Со второй попытки Каляев исполняет задуманное. После убийства великого князя он не бежит, принимает арест и в письме из Бутырской тюрьмы прямо говорит, что иначе это было бы убийство, а не казнь за Ходынку. На свидании Елисавета Федоровна приносит ему иконку «Утоли моя печали» и обещает молиться за него, а он, признавая причинённое ей горе, все же отказывается от помилования, потому что считает свою совесть чистой перед памятью ходынских жертв.

Финал романа переносит действие в 1905 год. В ночь на 10 мая в Шлиссельбургской крепости Каляева казнят через повешение, и перед смертью он успевает сказать, что счастлив исполнить приговор главному виновнику ходынской трагедии. В тот же день дочери Надежды Ивановны, Лерочке Вологодовой, исполняется пять лет, и эта деталь придаёт финалу горькую, почти семейную замкнутость: жизнь продолжается, дети растут, а старые вины, старые жертвы и старые решения по-прежнему стоят рядом с живыми.

Сюжет Надежды Олексиной движется от самолюбивой девичьей мечты к тяжёлому знанию о людях и о самой себе. Ее путь проходит через литературные надежды, ложную любовь, семейный позор, братнюю жертву, встречу с живой историей и ходынскую бойню, после которой она уже не может жить прежними словами и прежними чувствами. На этом фоне судьба Каляева вырастает в трагическое ответвление той же истории: та же эпоха, тот же нравственный надрыв, та же невозможность примириться с насилием, только доведённая до бомбы, тюрьмы и виселицы.