«Сатиры» Децима Юния Ювенала, краткое содержание
Знаменитое произведение римской литературы, созданное в первой трети II века нашей эры (примерно 100–127 гг.), представляет собой собрание шестнадцати стихотворных текстов, написанных дактилическим гекзаметром. Наиболее существенной особенностью этого труда является его бескомпромиссная, желчная интонация («возмущение рождает стих»), с которой автор обличает пороки современного ему римского общества, охваченного моральным разложением, коррупцией и лицемерием.
Книга I: Лицемерие, опасность столицы и унижение бедных
Автор начинает с объяснения причин, побудивших его обратиться к жанру сатиры. Он утомлён бесконечными декламациями бездарных поэтов, пересказывающих мифологические сюжеты, в то время как реальная жизнь Рима изобилует сюжетами куда более вопиющими. Ювенал заявляет, что трудно не писать сатиру, когда на улицах города евнух берет в жены женщину, когда бывший цирюльник богатеет и бросает вызов патрициям, а доносчики процветают. Поэт наблюдает, как преступления становятся кратчайшим путём к богатству: отравители и мошенники проезжают в носилках, взирая на толпу свысока.
Во второй сатире объектом критики становятся лицемеры, притворяющиеся моралистами в духе древних философов, но предающиеся тайному разврату. Автор упоминает мужчин, которые на словах прославляют добродетель, а на деле участвуют в оргиях и даже выходят замуж за других мужчин, соблюдая свадебные обряды. Приводится пример Гракха, давшего приданое за трубача и подписавшего брачный договор.
Третья сатира посвящена отъезду Умбриция, старого друга автора, из Рима. Умбриций останавливается у ворот Капены и объясняет, почему честному человеку невозможно выжить в столице. Рим наводнили иноземцы, особенно греки, готовые на любую низость ради выгоды. Бедность стала поводом для насмешек: человека судят не по душе, а по количеству рабов и размеру кошелька. Жизнь в городе сопряжена с постоянной опасностью: ветхие дома грозят обрушением, а ночные пожары уничтожают скудное имущество бедняков, подобных Кодру, который теряет свою кровать и единственную книгу. Богачи же при пожаре получают столько подарков, что становятся ещё состоятельнее. Ночью прохожему угрожают грабители, пьяные хулиганы и падающие из окон предметы.
Четвёртая сатира переносит читателя во дворец императора Домициана. Рыбак вылавливает огромную камбалу невероятных размеров и, не смея продать её, преподносит в дар императору. Домициан созывает Государственный совет, чтобы решить, как приготовить рыбу, для которой не находится подходящего блюда. В саркастической манере описываются придворные льстецы, спешащие во дворец. Среди них — доносчик Катулл и обжора Монтан. Советники, трепещущие от страха перед тираном, обсуждают кулинарный вопрос с государственной важностью, пока Домициан внушает им ужас.
Пятая сатира описывает унизительное положение клиента-паразита на обеде у богатого патрона Вирро. Гостю, Требию, подают прокисшее вино и заплесневелый хлеб, который нельзя разгрызть, тогда как хозяин наслаждается прекрасным вином и мягчайшей выпечкой. Вирро ест омаров, краснобородку и мурену, а гостю достаётся речной рак с половиной яйца и угорь, выловленный в сточных водах Тибра. Цель такого обеда — не накормить, а заставить бедняка страдать, наблюдая за чревоугодием богача, и окончательно растоптать его достоинство.
Книга II: Пороки римских матрон
Шестая сатира представляет собой обширную инвективу против женщин. Автор отговаривает Постума от женитьбы, утверждая, что целомудрие давно покинуло землю. Римские матроны, по словам поэта, погрязли в блуде. Описывается Эппия, жена сенатора, сбежавшая в Египет с гладиатором, забыв о доме и детях. Вспоминается Мессалина, жена императора, которая по ночам покидала дворец, чтобы работать в лупанаре под именем Лициски, отдаваясь всем желающим.
Женщины обвиняются в расточительности, тирании над мужьями и жестокости к рабам. Если муж не удовлетворяет их капризы или не даёт денег, они превращают его жизнь в ад. Автор описывает суеверных дам, поклоняющихся восточным божествам — Исиде, Кибеле, и слушающих иудейских гадалок. Особое внимание уделяется отравительницам, которые избавляются от пасынков и мужей с помощью ядов, подобно мифическим Медее или Клитемнестре, но делают это не из ревности, а ради денег.
Книга III: Участь интеллектуалов и значение происхождения
Седьмая сатира рассматривает бедственное положение людей интеллектуального труда. Поэты вынуждены искать покровительства, но богачи лишь хвалят их, не давая денег. Историки и адвокаты также влачат жалкое существование. Адвокаты вынуждены притворяться богатыми, чтобы привлечь клиентов, тратя последние средства на аренду дорогих одежд и колесниц. Учителя риторики и грамматики находятся в ещё худшем положении: ученики их избивают, а родители отказываются платить, требуя при этом, чтобы наставник следил за нравственностью их сыновей и знал наизусть все литературные тонкости.
Восьмая сатира адресована Понтику и поднимает вопрос об истинном благородстве. Ювенал утверждает, что длинная родословная и портреты предков не имеют значения, если потомок ведёт постыдную жизнь. Приводится пример Латерана, консула, который сам правит колесницей и пьёт в грязных харчевнях в компании воров и палачей. Поэт противопоставляет порочных аристократов (таких как Катилина и Цетег) людям незнатного происхождения, спасшим Рим, — Цицерону и Марию.
Девятая сатира построена как диалог между автором и Неволом, профессиональным любовником-мужчиной. Невол жалуется на своего покровителя Вирро, который скуп и неблагодарен, несмотря на то что Невол выполнял самые интимные и унизительные услуги, вплоть до того, что делал детей жене Вирро, спасая того от бесплодия. Невол сокрушается, что его «труд» не обеспечивает ему достойной старости.
Книга IV: Тщетность желаний и умеренность
Десятая сатира философски осмысляет человеческие желания. Люди молят богов о вещах, которые часто приводят к гибели. Жажда власти погубила Сеяна, чью статую переплавили на ночные горшки, а тело протащили крюком по улицам. Красноречие стало причиной смерти Цицерона и Демосфена. Воинская слава привела Ганнибала, покорителя Альп, к изгнанию и смерти от яда в кольце. Долголетие, о котором просят многие, приносит лишь немощь, уродство и горе от потери близких, как это случилось с Приамом. Красота детей грозит им растлением и опасностью. Единственное, о чем стоит молить богов, — это «здоровый ум в здоровом теле» (mens sana in corpore sano), дух, не боящийся смерти и свободный от страстей.
Одиннадцатая сатира — это приглашение на обед, адресованное другу Персику. Ювенал противопоставляет скромность своего стола роскоши разорившихся гурманов. На его обеде не будет деликатесов с рынка, а только простая еда из собственного поместья: козлёнок, спаржа, яйца и фрукты. Развлекать гостей будут не испанские танцовщицы, а чтение Гомера и Вергилия. Поэт призывает друга отдохнуть от забот и насладиться простотой.
Двенадцатая сатира описывает жертвоприношение, которое Ювенал совершает в честь спасения своего друга Катулла, попавшего в страшную бурю на море. Катулл был вынужден выбросить за борт свои ценнейшие вещи — пурпурные ткани и серебряную посуду, чтобы спасти корабль. Автор подчёркивает бескорыстность своей радости, ведь у Катулла трое детей, и, следовательно, Ювенал не может быть охотником за наследством, которые обычно «обхаживают» лишь бездетных богачей.
Книга V: Преступления, воспитание и дикость
Тринадцатая сатира утешает Кальвина, у которого друг обманом присвоил десять тысяч сестерциев. Ювенал говорит, что в наш «железный век» честность — редкость, и потеря Кальвина невелика по сравнению с другими преступлениями. Грабители храмов, отравители и лжесвидетели встречаются на каждом шагу. Однако преступник не уйдёт от наказания: его будет мучить совесть. Страх перед божественным возмездием лишает виновного сна, заставляя видеть в каждой грозе гнев Юпитера, и в итоге он снова совершит преступление и попадется.
Обложки
Левинская Вера Аврамовна
Унесенные бурей. Сатиры Веры Левинской
Сатиры, горгоны и другие герои мифов Древней Греции
Зощенко Михаил Михайлович
Антология Сатиры и Юмора России ХХ века. Том 39. Михаил Зощенко
Аверченко Аркадий Тимофеевич
Антология Сатиры и Юмора России ХХ века. Том 20. Аркадий Аверченко
Аксенов Василий Павлович
Антология Сатиры и Юмора России ХХ века. Том 20. Василий Аксенов
Четырнадцатая сатира посвящена воспитанию. Родители сами учат детей порокам своим примером. Сын игрока начинает играть в кости, дочь распутницы пишет любовные записки под диктовку матери. Но хуже всего — алчность. Отец учит сына наживаться любыми способами, обманывать и экономить на еде рабов. Эта страсть к наживе в итоге оборачивается против самих родителей: сын, жаждущий богатства, может купить яд для отца, чтобы скорее получить наследство.
Пятнадцатая сатира повествует о чудовищном случае каннибализма в Египте. Жители двух соседних городов, Омба и Тентиры, враждуют из-за религиозных различий (поклонение разным животным). Во время праздника между ними вспыхивает драка, перерастающая в побоище. Жители Тентиры обращают врагов в бегство, но один из убегающих падает. Победители разрывают его на части и съедают сырым, не дожидаясь, пока мясо сварится. Ювенал ужасается тому, что люди пали ниже зверей, ведь даже тигры и медведи живут в мире с себе подобными.
Шестнадцатая сатира (незаконченная) описывает преимущества военной службы. Солдаты находятся в привилегированном положении по сравнению с гражданскими. Если солдат избивает горожанина, последний не смеет пожаловаться претору. Суд над военными происходит только в лагере, среди других солдат, поэтому добиться справедливости невозможно. Военные также имеют право распоряжаться своим имуществом при жизни отца, что заставляет даже родных заискивать перед ними.
Комментирование недоступно Почему?