«Некромент» Виктора Пелевина, краткое содержание читать ~6 мин.

Эта повесть Виктора Пелевина — сатирическое описание жизни и смерти высокопоставленного офицера российской милиции, изданное в 2008 году. Книга стилизована под документальное расследование, которое скрупулёзно собирает разрозненные факты о деятельности бывшего заместителя начальника московской ГАИ. Текст обнажает абсурд медийного пространства, сплетая бюрократическую рутину с оккультными практиками.

Возвышение генерала Крушина

История берет начало с должности простого регулировщика. Военный архивист сравнивает дело генерала Крушина с процессом Жиля де Ре — французского маршала, сожжённого на костре за ритуальные убийства в 1440 году. Карьерный взлёт Крушина происходит на Аминьевском шоссе у съезда с Кутузовского проспекта на Рублёвку. Высокое начальство замечает статного майора с мегафоном, успешно сдерживающего многокилометровую пробку. Вскоре Крушин получает звание генерала и становится вторым человеком в столичной ГАИ.

Генерал начинает политическую карьеру. По данным опросов, он может рассчитывать на двенадцать процентов голосов избирателей. Его предвыборная риторика изобилует курьёзами. Он предлагает разрешить гей-парады в Парке Горького строго в День Воздушно-десантных войск. Он выступает за формирование армии на коммерческой основе. Крушин расшифровывает аббревиатуру США как “United Satan of America” и называет Америку фашистской Германией, которой управляют евреи. В телевизионном ролике одетый в белый китель генерал произносит речь: “ГАИ — единственная нескомпрометированная общенациональная сила, которая соборно воплощает дух нашего тороватого и своеобычного народа”.

Конфликты с политтехнологами

Для создания политического имиджа Крушин привлекает бригаду Гойды Орестовича Пушистого. Проектом занимается политтехнолог Макар Гетман. Он разрабатывает тактику скрытых намёков. Гетман выпускает плакаты формата А3 «Способы маскировки татаро-монгольской и еврейской пехоты и конницы». На них сравниваются монгольская замаскированная яма с лошадьми и пластиковые водительские удостоверения Ермолая Творожного и Савелия Крынки. На другой части плаката монгольский тёмник Уча-багатур, едущий с двумя лошадьми, противопоставляется православно-демократическому политику Фролу Щупловато, стоящему с двумя паспортами в аэропорту «Шереметьево-2».

Отношения генерала с консультантами быстро портятся. Майор Василий Розанович, художник-маринист при восьмой автошколе, рассказывает о конфликте с Гетманом. Политтехнолог создаёт серию плакатов целующихся гаишников для охотничьего домика саудовского принца. Розанович в ответ арендует десять рекламных щитов, размещая на них изображение целующихся Гетманов на фоне Центрального Дома художника. Из-за скандалов Крушин меняет специалистов. Новый консультант придумывает подразделение багряноносцев. Милиционерам поручают патрулировать режимные трассы с портретами святой великомученицы Георгины на багряных бантах.

Эзотерика и тело пепла

Интеллектуальным наставником генерала выступает философ Дупин. Он знакомит Крушина с евразийскими тайными учениями. На видеозаписи лекции перед победителями всероссийского конкурса инспекторов генерал рассказывает о сохранении тонкого «тела костей». По словам Крушина, мумию великого человека специально помещали так, чтобы парящее над ней тонкое тело передавало магическую силу стоящим рядом вождям. Именно для этих целей, считает генерал, соорудили Мавзолей Ленина.

Генерал верит, что способность костей удерживать тонкое тело переходит к пеплу после кремации человека. Он изучает мистические тексты под общим названием «Немые Вершины». В одном из отрывков описывается сознание убитого сержанта Петрова. После смерти милиционер ощущает себя воздушным шаром, привязанным невидимым канатом к тяжёлому чёрному якорю. Мысли сержанта парят в прозрачном облаке высоко над автомобильным потоком, а новое посмертное тело кажется несокрушимой скалой.

Личный крематорий Крушина

Следствие вскрывает пугающие подробности личной жизни офицера. Крушин приглашает на свою загородную дачу молодых, коренастых, светловолосых милиционеров без близких родственников. Он обещает им перевод на службу в город Сочи с предоставлением служебной квартиры. За четыре года бесследно исчезают сто восемьдесят сотрудников.

На участке генерала, выстроенном в архитектурном стиле французского города Альби, оборудована роскошная сауна. В мраморном зале стоит бюст императора Тиберия, за которым спрятана скрытая кнопка герметичной перегородки. В кабинете установлены гидромассажные сопла австрийской фирмы «HDG». Эти дорогие устройства предназначены для разбрызгивания усыпляющих газовых смесей.

Во дворе дома, в десяти метрах от сауны, находится передвижной блок сжигания трупов павших животных. Это хайтековское армейское устройство с мощными горелками и камерой дожигания. Мобильный крематорий работает быстро и бездымно. В нём генерал методично сжигает тела усыплённых жертв.

Дорожные барьеры и триграммы

Пепел убитых офицеров регулярно отправляется в подмосковные Мытищи. Крушин неофициально контролирует предприятие ЗАО «Дорожный Сервис». Завод специализируется на производстве искусственных дорожных неровностей. Главный инженер предприятия рассказывает, как генерал заставлял рабочих добавлять в литую резину пережжённые кости. Крушин называет этот порошок японской экологической добавкой. Процесс фасовки строго регламентирован — пепел одного человека помещается ровно в один отлитый барьер.

Добавление праха на конвейере контролирует неизвестный бородач в чёрной косоворотке. Мотивы этих оккультных действий раскрывает философ Константин Голгофский. Изначально Дупин планировал выложить руническое предсказание о будущем Гардарики. Резиновые барьеры с человеческим прахом размещали по точным координатам на соседних переулках столицы. Поняв ошибочность перевода рун, Дупин решает выложить классический круг из восьми китайских триграмм «Ба гуа».

Мистический план внезапно срывается. Дупин слышит по радио новость о том, что экономики Америки и Китая фактически слились воедино. Геополитический смысл заклинания полностью пропадает. Философ разочаровывается в концепции и уходит в длительный запой.

Самоубийство и судьба праха

Понимая безысходность своего положения перед лицом следствия, Крушин совершает эффектное самоубийство. Одетый в белоснежный китель, он зачитывает перед видеокамерой цитату Мартина Хайдеггера. Генерал называет человеческую жизнь бытием к смерти. Он спокойно подносит к виску пистолет системы Макарова и нажимает на спусковой крючок.

Тело генерала кремируют, а урну с прахом официально передают родственникам. Семья, занятая скандальным дележом наследства, равнодушно отдаёт контейнер неизвестному курьеру. Этим курьером оказывается бородач в чёрной косоворотке. ЗАО «Дорожный Сервис» отливает самую последнюю партию искусственных неровностей. Прах Крушина замешивают в чёрную резину. Готовые изделия увозят, и местонахождение барьера с останками генерала остаётся невыясненным.

Информационный шум и последствия

Следственные материалы о литье барьеров просачиваются в средства массовой информации спустя полгода. Общественность совершенно не замечает пугающих фактов. Заголовки о некромантии и переработанном человеческом прахе тонут среди потока абсурдных новостей. Сообщения о деле Крушина соседствуют с текстами про икающих девочек, гонящихся за беременными коровами полицейских и влияние запаха огурцов на женщин.

Локальный резонанс возникает исключительно в блогосфере Живого Журнала. Авторитетные пользователи под никами «psycheberta» и «animanuska» горячо спорят о ритуальной чистоте городских дорожных барьеров. Они всерьёз обсуждают, оскверняет ли пешехода касание резины с милицейским прахом. Спор прерывается словами молодого пользователя: “Не надо усложнять. Что лежит на земле, по тому ходи ногами, и никто с тебя не спросит”.

В издательстве «Маргинальный Ад» выходит небольшая повесть Артура Анонимного «Много Машин». Писатель отчаянно пытается описать сознание убитого милиционера, навечно заточенное в асфальте. Тело пепла приходит в себя только во время сильных и жёстких ударов автомобильных покрышек по резиновому корпусу.

Вскоре на популярном сайте с компроматом появляется финальный текст «Немые Вершины 22», предположительно приписываемый перу Дупина. В отрывке пронзительно описывается измученная душа генерала Крушина. Желтоволосая голова на секунду всплывает над серым утренним асфальтом в лучах рассвета и мечтает о чудесном спасении. Однако автомобилей становится все больше. Тяжёлые колеса непрерывно бьют по резине, утренний свет меркнет в бензиновой гари, и ослепшая душа медленно уползает обратно в свою плоскую чёрную кобуру.