«Охота на вампиров» Елены Топильской, краткое содержание читать ~4 мин.

Петербургский детектив с элементами мистики, вышедший в 2003 году, — часть многотомной серии о следователе районной прокуратуры Марии Сергеевне Швецовой. Елена Топильская — в прошлом сама следователь, и её книги отличаются редкой профессиональной достоверностью в описании следственной рутины, а юридические коллизии в них разобраны с безупречной точностью.

Серия о Маше Швецовой

«Охота на вампиров» входит в серию «Тайны следствия», насчитывающую более двадцати книг, и является одной из ранних частей цикла. Другие книги серии — «Овечья шкура» (2003), «Мания расследования» (2004), «Тёмные силы» (2005) и другие. Именно на основе этой серии Топильская написала сценарии первых восьми сезонов популярного телесериала «Тайны следствия».

Обычный осенний день следователя Маши Швецовой начинается неудачно: по дороге на работу она вляпывается в тёмное пятно возле раскопанной канализационной траншеи во дворе собственного дома. Настроение стремительно портится — и до конца дня Маша, усевшись за обвинительное заключение с обещанным «слово в слово и день в день» сроком, пытается не срываться на коллег. Коллега Горчаков, однако, успевает заметить, что пятно на сапоге похоже скорее на кровь, чем на мазут.

Под вечер прокурор Владимир Иванович сообщает, что в той самой канаве рабочие обнаружили труп. Швецова выезжает на место происшествия вместе с незнакомым судебно-медицинским экспертом Георгием Георгиевичем и криминалистом. Выясняется, что покойник — мужчина лет тридцати — тридцати пяти, одетый во всё чёрное, с роскошными ботинками на каблуке и при этом абсолютно без верхней одежды, несмотря на холод. Осмотр проходит в сложных условиях: садится аккумулятор служебного УАЗа, отказывает рация, гаснет мобильный телефон эксперта.

Когда рабочие поднимают тело и Георгий Георгиевич начинает его осматривать при свете угасающих фар, картина складывается жуткая: из левой стороны грудной клетки трупа торчит оструганная деревянная палка около четырёх сантиметров в диаметре — кол, введённый точно в направлении сердца. Длинные скрученные ногти, спутанные волосы, тёмное морщинистое лицо, покрытое язвами, и обнажённые зубы дополняют картину. Доктор добавляет, что кол — осиновый.

Ночь в морге

Продолжить осмотр отправляются прямо ночью в морг, не дожидаясь утра. Швецова признаётся себе, что не в силах ждать до вскрытия. В секционной при гаснущем свете, а потом при помощи синей ультрафиолетовой лампы ОЛД-41 и свечи эксперты обнаруживают: зубы и дёсны трупа хранят следы крови, а зрачки и клыки в ультрафиолете светятся красным — явление, которому Георгий Георгиевич не может дать научного объяснения.

Объявившийся в темноте пьяный санитар, выросший в Карпатах, с карпатской же непоколебимой убеждённостью объясняет коллегам: кол осиновый, в сердце попали точно, иначе мертвец ночью встал бы. По его словам, в родных краях целые деревни «в упыри уходили» — один заводился, начинал высасывать кровь у родственников, и хозяйство приходило в запустение. Рассказы санитара, звучащие одновременно убедительно и жутко, заставляют даже скептически настроенного следователя поёжиться.

В коридоре морга обнаруживаются ещё два трупа с характерными проколами на шее — мужчина средних лет в ватнике и молодая девушка в потёртых джинсах. По версии санитара, это жертвы «вампира». Эксперт констатирует обескровленность тел. Осознав, что рядом с её домом и с её ребёнком орудует нечто, Маша всерьёз начинает думать, куда эвакуировать сына.

Расследование разворачивается

Возвратившись под утро к Горчаковым — успев по дороге забежать домой убедиться, что сын спит, — Маша обсуждает с другом и коллегой Алексеем Горчаковым план действий. Картина дела разрастается: загадочный труп с колом в груди и человеческой кровью в желудке; два обескровленных тела со следами на шее; нападения на живых людей с той же целью; некий старик Бендери и его соседка с укусами; странный пьянчужка из морга, которого якобы нашли в лесу давно уже мёртвым, а потом он снова объявился живым. На фоне этого — пострадавший криминалист, которого Маша чувствует себя косвенно виноватой в произошедшем.

Параллельно в романе разворачивается линия врачебного дела: Швецова расследует гибель пациентки роддома по вине пьяного анестезиолога Пинчука, профессора и доктора наук. Многочисленные попытки интубации в нетрезвом состоянии, повреждённая трахея, смерть прямо на операционном столе, а потом — фальсификация медицинских документов, отсечение трахеи при вскрытии и изощрённая подмена анализов. Швецова добивается эксгумации, доказывает умысел и направляет дело в суд — только чтобы увидеть, как Пинчука тут же освобождают по амнистии.

Тон и атмосфера

Роман существует в постоянном напряжении между бытовым и необъяснимым. Маша — реалист и скептик, всю жизнь убеждавшая себя, что мистики не существует, — обнаруживает, как древние суеверия поднимаются из глубины памяти предков именно тогда, когда логика отказывает. Юмор Топильской остаётся сухим и самоироничным даже в самых мрачных сценах: рассуждения о том, как квалифицировать убийство, «сопряжённое с вампиризмом», и по какой статье возбуждать дело, звучат у Маши совершенно серьёзно.