Алессандро Маньяско

Алессандро Маньяско родился в Генуе. Отец художника, умер, когда Алессандро было три года. Алессандро путешествовал в Милан в подростковом возрасте и обучался там у венецианского живописца Филиппо Аббьяти (1640-1715). В 1703 году он был нанят на работу великим флорентийским герцогом Фердинандо и пробыл во Флоренции шесть лет, прежде чем вернуться в Милан. С целью заработка, после возвращения он писал фигуры для пейзажей других художников – Джованни Антонио Перузини из Анконы (1668-1725), Крешенцио Онофри и Марко Риччи (1676-1729). Кроме того, он сотрудничал с Клементе Спера (конец XVII века – около 1730), специалистом по архитектурным руинам.

Алессандро достиг успеха в Милане и оставался там до 1735 года, где работал по заказам Джованни Франческо Арезе (которому принадлежало по меньшей мере двадцать две картины Маньяско) и других выдающихся семей. Миланцы наслаждались необычными темами Маньяско, в которых были освещены вопросы социальной реформы и современные социальные проблемы. Среди них были сцены катехизиса, монашеской жизни, обряды и ритуалы еврейских и протестантских сект, разбойников или нищих, обращение с заключёнными и церемонии ведьм и дьяволов.

Возвратившись в родную Геную примерно в 1735 году, он обнаружил, что генуэзцы находят его стиль слишком необработанным и незаконченным. Озабоченности культурных миланских и флорентийских аристократов, тех, кто симпатизировал религиозным реформаторам и писателям плутовских романов, не разделяли покровители в его родном городе. В последние полтора десятилетия его жизни (1735-1749) стиль Маньяско, который, по словам Ратти, был назван «бесполезным» и «нелепым» – и в Генуе нашёл устойчивую аудиторию.

Старость принесла ему болезни и дрожь в его руках постепенно сделала работу с кистью невозможной. Но, как писал его биограф, “он всегда был счастлив и, несмотря на ветхость с возрастом, казался полным сил и огня”. Среди художников, идентифицированных как последователи Маньяско, есть Чиччио Наполетано и Коппа Миланезе, о которых мало что известно.

Маньяско начал как художник-портретист, но прославился религиозными работами и жанровыми сценами из жизни монахов, цыган и бандитов, часто в жутких, ветреных пейзажах, которые показывают влияние Сальватора Розы. Его картины легко идентифицируются свободной, открытой манерой и крошечными, подобными пламени фигурами, которыми, кажется, почти усыпаны его холсты. Маньяско часто оставлял грунтовую краску видимой под верхним слоем в качестве части окончательной цветовой схемы.

Художественная формация Маньяско, по-видимому, воспитана ломбардскими традициями, особенно теми, которые воплощал его учитель Аббьяти. Похоже, он также ассимилировал композиционные и колористические особенности династий Валерио Кастелло (1624-1659) и Джованни Бенедетто Кастильоне (1609-1664).