Валентин Александрович Серов

О Серове часто говорили "блестящий". Не менее часто – "суровый", "нелюдимый". Друзья и близкие, ученики и меценаты любили его, но и побаивались. Не беспричинных вспышек гнева – редкой правдивости, бесконечной совестливости. Серов не терпел пошлости, фальши, работы спустя рукава.

Его талант стал заметен очень рано. Учился живописи в детстве у И. Е. Репина, а после в Петербургской академии художеств, у П. П. Чистякова. Ему, казалось, все давалось легко. Невидимым оставался огромный труд этого молчуна. "Надо исполнить так, чтобы труда видно не было" – этому принципу он оставался верен всегда и везде.

"Девочка с персиками", "Девушка, освещенная солнцем" – работы художника, которому едва минуло двадцать три.

Серов совместил в себе многие "концы и начала". Стал мостом между передвижниками и молодежью. Портретист "милостью божьей", он – продолжатель почти двухсотлетней традиции русской портретной живописи: Лесков и Шаляпин, Горький и Ермолова. И в то же время полные гармонии античные образы. Так кто же он – график, живописец, монументалист? А быть может, мастер бытового жанра? Серов – "крестьянский" существовал так же, как Серов – сценограф, оформитель балетных постановок.

Всемирная выставка 1911 года в Риме стала его триумфом. Выставки его живописи, поездки с труппой С. П. Дягилева по столицам. "В Париж, Рим приезжаю почти как в Москву или Петербург" – это из его письма тех лет. К нему пришла европейская слава. В том же году он умер. Ему было сорок шесть лет.